Поль Сеза́нн – отзывы, мнение, рейтинг

«Я хочу поразить Париж с помощью моркови и яблока»

Поль Сезанн о том, как устроена настоящая живопись

К годовщине смерти Поля Сезанна Анастасия Ларина изучила, как он смотрел на мир и в чем видел задачи живописи, и составила краткое руководство для начинающего сезанниста

Поль Сезанн. «Портрет художника по фотографии» (автопортрет),1885

Фото: Carnegie Museum of Art

Поль Сезанн. «Портрет художника по фотографии» (автопортрет),1885

Фото: Carnegie Museum of Art

1
Я бы смешал меланхолию и солнечный свет. В Провансе есть неуловимая тоска, которую Пуссен почувствовал бы, склонившись над могилой под тополями Алискампа. Я хочу, как Пуссен, наделить рассудком траву и пустить слезу в небо.

2
Писать не значит рабски копировать действительность, это значит уловить гармонию разнообразных отношений и переложить их на свой лад, раскрыть их согласно новой и оригинальной логике.

3
Все в природе лепится в форме шара, конуса, цилиндра, надо учиться писать на этих простых фигурах, и, если вы научитесь владеть этими формами, вы сделаете все, что захотите.

4
Мой метод — это ненависть к фантастическому образу. Я пишу только правду.

5
Живопись с натуры — это не копирование предмета, а наглядное изображение собственных ощущений.

6
Искусство, в котором нет эмоций, в основе своей не искусство.

7
Мы не должны довольствоваться запоминанием прекрасных формул наших великих предшественников. Давайте выйдем за эти рамки и будем изучать прекрасную природу.

8
Если я буду бесстрастным, если буду рисовать и писать как в академиях, я ничего не увижу. Только рот или нос, «как по писаному», всегда одинаковый — ни души, ни загадки, ни страсти. Если я буду прислушиваться к своим чувствам, то смещу ваш глаз в сторону.

9
Разве пучок моркови, да, один-единственный пучок моркови, тщательно изученный, бесхитростно переданный во всей его самобытности, как видится, не стоит извечной академической мазни, той позорной живописи, что исполняется бурдой и стряпается по готовым рецептам?

10
Я хочу поразить Париж с помощью моркови и яблока.

Поль Сезанн. «Натюрморт с луковицами», 1896–1898

Фото: Musee d’Orsay

Поль Сезанн. «Натюрморт с молочником и фруктами на столе», 1890

Фото: National Museum of Art, Architecture and Design

Поль Сезанн. «Натюрморт с луковицами», 1896–1898

Фото: Musee d’Orsay

Поль Сезанн. «Натюрморт с молочником и фруктами на столе», 1890

Фото: National Museum of Art, Architecture and Design

11
Колористический эффект — главное в картине, он делает картину единым целым, организует ее; этот эффект должен опираться на одно доминирующее цветовое пятно.

12
Не существуют ни линии, ни формы, есть только контрасты. Эти контрасты порождаются не черным и белым, а цветовым ощущением. Форма создается точным соотношением тонов. Когда тона сопоставлены гармонически и без упущений, картина создается сама собой.

13
Цвет — это та точка, где наш мозг соприкасается со вселенной.

14
Только Курбе умеет так шлепнуть черной краской по холсту и не продырявить его.

15
В каждом положенном мною мазке есть капля моей крови, смешавшейся с каплей крови вашего отца, возникает удивительная связь, о которой он не догадывается, она соединяет мои глаза с его душой, воссоздает ее, чтобы он смог узнать себя.

16
Послушайте, ведь зеленой лужайки достаточно, чтобы мы увидели пейзаж, а телесный тон, который изображает лицо, становится им.

17
Душу не пишут, пишут тело, и когда тело написано хорошо, черт подери, то душа, если она есть, будет светиться и проявляться во всем.

18
Художник только воспринимает, его ум — это регистрирующий аппарат, прекрасный, хрупкий, сложный аппарат, особенно по сравнению с другими, но если художник начинает вмешиваться, если он, такой ничтожный, осмеливается сознательно переделывать то, что он должен передать, он вносит в это свою незначительность и снижает свою работу.

19
Людям кажется, что сахарница безлика, бездушна. Но она тоже меняется день ото дня. Надо знать подход к этой братии, уметь ее увещевать.

20
Сегодня мы не в меру утомляем свое зрение, навязывая ему тысячи образов. А музеи, а картины в музеях! И выставки! Мы больше не способны видеть природу; мы видим лишь картины, вновь и вновь. Увидеть творение Господа — вот к чему я стремлюсь!

Современное искусство по кусочку. Постимпрессионизм. Сера, Сезанн.

В предыдущей части я рассказывала о двух из четырех художниках- постимпрессионистах: Ван Гоге ( предвестнике экспрессионизма) и Гогене ( предвестнике символизма).

Читайте также:
Селиванов Александр Антонович - биография, личная жизнь, фото, видео

Третьим был Жорж Сера.

Жорж Сера ( 1859-1891).Пуантилизм.

Ван Гога волновала передача собственных ощущений, Гогена – воображение, символ и цвет. Сера же хотелось максимальной простоты. Этой простоты пытались добиться художники на протяжении всего 20 века. Прямоугольники Пита Мондриана и минимализм Дональда Джада – яркие тому примеры. Но об этом будет чуть позже.

Пит Мондриан, Бродвейский Буги-Вуги, 1943

Биография Сера, в отличие от Ван Гога и Гогена, не столь живописна. Он был молчалив, серьезен и скуп на слова. Основную часть времени проводил в мастерской. Как и Дега предпочитал работать с набросками в студии. Однако всех трех художников объединяло желание выйти за рамки импрессионизма.

Было между ними еще кое-что общее – довольно ранняя смерть. Гоген ушел в 50, Ван Гог в 37, а Сера в 31 ( умер от менингита).

Сера закончил художественную школу Анри Лемана – ученика Энгра. Основное, что им было перенято от Энгра – это академизм. Учитывая образование, еще интересней, как смог Сера стать таким новатором в живописи.

Жорж Сера, Анжелика у скалы, 1877

Основное отличие от импрессионистов, это отношение ко времени. Сера стремился к статике, запечатлеть бесконечность, а не мимолетность. Он хотел сделать живопись более логичной, дабы максимально исключить из нее возможность сиюминутных впечатлений. Однако, художник не спешил вовсе отказываться от наследия импрессионизма, напротив, он постарался сохранить максимум: яркую палитру, современные сюжеты, легкую атмосферу, но дать всему этому более прочное основание, структурировать.

Грубо говоря, “картины импрессионистов это был ворох тряпья, брошенный на пол, а Сера хотел разложить его по стопочкам”

Он намеревался привнести в творчество дисциплину.

Жорж Сера, Купальщики в Аньере, 1893

Его знаковая работа – ” Купальщики в Аньере”- впечатляет не только внушительными размерами (2 на 3 метра), но и манерой письма – все четко, без малейших признаков импрессионистической зыбкости. И река и ее берега обретают геометричность. Краски нанесены точными мазками.

Уже известный нам арт-менеджер импрессионистов – Дюран-Рюэль выставил эту картину в Америке в 1886 году. Однако критиков она озадачила и встревожила. Сера обвинили в агрессивности, вульгарности и отсутствии вкуса.

Тем не менее, художник продолжил свои опыты. “Купальщики в Аньере” стали отправной точкой его художественного пути, приведшего к пуантилизму/ дивизионизму – нанесению красок точками. Художник начал понимать: чем дальше разведены цвета, тем ярче они выглядят.

Жорж Сера, Модель спереди, 1887

Атмосфера Франции того времени была пропитана страстью к науке. Страна смело шла навстречу прогрессу, также смело, как расчертил новые проспекты в Париже барон Османн. Сера впитал в себя дух времени – он был абсолютно уверен, что все, даже искусство, можно подчинить научному методу. Его опыты в основном касались цвета. Исходной точкой в его изысканиях стала книга Исаака Ньютона “Оптика”, 1704 года (до сих пор основной труд в теории цвета) . Там объясняется, как луч белого света, проходя через призму, разделяется на спектр из семи цветов.

У Сера было два основных метода, которые он развивал: оптическое смешивание цветов и теория дополнительных цветов. Согласно первому из них – на определенном расстоянии человеческий глаз сам смешивает находящиеся рядом цветовые пятна. Идея второго заключалась в том, что размещенные рядом цвета с противоположных концов спектра способны еще больше подчеркнуть друг друга или, наоборот, погасить. Так, например, оранжевый и синий усиливают друг друга, а зеленый делает красный еще ярче.

Читайте также:
Иван Шишкин, биография, история жизни, творчество

Жорж Сера, Берег Реки, 1884

Сера не ограничился экспериментами с цветом, он хотел упорядочить движения кисти. Художник решил отказаться от произвольных мазков в духе импрессионистов и заменить их чистыми точками цвета.Импрессионисты, видимо, тоже читали Ньютона. Именно они и решили не смешивать контрастные цвета на палитре, нанося их рядом на холсте.

Однако Сера пошел дальше. По его версии, контрастные цвета кажутся еще ярче, если их слегка разделить. Оставить между ними немного воздуха.

Таким образом, он пришел к точечным мазкам, которые его вполне устроили: цвета не смешивались на полотне, это происходило в глазах смотрящего на картину. Подобная техника была сложна и подразумевала максимальное упрощение формы. И вот что получилось.

Жорж Сера, Воскресный день на острове Гранд-Жатт, 1884-1886

Это знаковое полотно для творчества Сера – наглядная демонстрация его метода. Большая картина, на которой изображена традиционная сцена воскресного отдыха горожан в парке.

Благодаря мазкам-точкам изображение не статично, оно сверкает и пенится, создавая тем более разительный контраст с неподвижностью застывших фигур. Это полотно в некоторой степени сюрреалистично. И хотя оно было выставлено вместе с картинами импрессионистов, общего между ними ничего нет, кроме разве что сцены из городской жизни. Это не ускользающий момент с его романтичной безмятежностью, а вполне себе схема, по которой размещены фигуры, застывшие, как актеры на сцене.

Пуантилизм Сера забавным образом перекликаются с нашей пиксельной эпохой. Эффект, конечно, на мой взгляд, просто потрясающий.

В картинах Сера большое внимание уделяется упорядоченности. Но в полную мощь это стремление структурировать действительность разовьется в творчестве последнего из четырех художников, важнейшего для последующей истории искусства – Поля Сезанна.

Поль Сезанн ( 1839 -1906). Кубизм.

Сезанн был также нелюдим, как и Сера, а его биография еще более скудна. Родился в семье банкира во французском городе Экс-на-Прованс. Отец видел его продолжателем своего дела, но сам Поль хотел стать художником. Приехал учиться в Париж вместе со своим другом Эмилем Золя. Познакомился с другими художниками, близкими по духу. Однако, сам Париж со своей светской мишурой был ему чужд. Участвуя в выставках импрессионистов, Сезанн каждый раз подвергался уничижительной критике. Его это очень ранило и он все больше замыкался в себе. В 1886 году умирает отец Сезанна и Поль получает финансовую независимость. В итоге, он покидает Париж и уезжает обратно в свой родной город на юге Франции и полностью отдается работе над решением своей творческой задачи.

Это потом его полотна будут бить по цене все мыслимые и немыслимые цифры, Пикассо назовет его отцом современной живописи, а многие художники будут вдохновляться его творческими находками.

Поль Сезанн, Автопортрет, 1875

А при своей жизни ” затворник из Экса” был никому особо не известен. В ранние годы его вдохновляла романтичность Делакруа и густые мазки Курбе. Ранние работы Сезанна мрачны и меланхоличны, отдают академичностью.

Однако, в 1870 он вынужденно переезжает в Эстак – городок во французской провинции и там его живопись начинает меняться.

Поль Сезанн, Уборка, 1870

Из всех импрессионистов, Сезанн более всего был дружен с Писсарро. Даже называл его “добрый Боженька”. Под влиянием Писсарро, Сезанн “осветляет” палитру и меняет мазок на более легкий, “импрессионистический”. Во многом благодаря старшему приятелю, Поль увлечется пейзажем.

Пейзаж привлекал Сезанна своей неподвижностью. Художнику было необходимо спокойное и вдумчивое созерцание, для того, чтобы получить полное представление об объекте. Сезанну было чуждо искусство фотографии, позволяющее запечатлеть предмет лишь с одной точки. Он хотел изобразить его максимально верно и полно. В чем-то творческая задача Сезанна перекликалась с древнеегипетским искусством. В канонах того времени людей и предметы изображали так, чтобы смотрящий мог получить максимальное представление о них.

Читайте также:
Карл Брюллов, биография, жизнь, творчество

Прогулка в саду, Древний Египет – Новое Царство

Тело в фас, лицо в профиль, глаз в фас. Так все видно с наиболее удобных и доступных ракурсов. Однако, Сезанн решал задачу посложнее. Он хотел понять не просто ЧТО он видит, а то, КАК он это видит.

У художников эпохи Возрождения была задача создать иллюзию трехмерного пространства на двухмерном холсте, используя перспективу.

Рафаэль, Женитьба Девы, 1504

Сезанн совсем не считал правильным идти по такому пути. Он хотел конструировать картину засчет цвета и манеры письма. Сезанн был намерен передать именно то, что видит, а не то, что он об этом предмете знает. Здесь уместно замечание критика Барбары Роуз. Если старые мастера подходили к работе с утверждением: “Это то, что я вижу”, Сезанн подходил к ней с вопросом: “Это то, что я вижу?”

Сезанн осознал одну простую вещь. У человека ДВА глаза. Соответственно, информация фиксируется по-разному. Плюс, нужно учесть и подвижность смотрящего. До этого предметы изображались из одной определенной точки. Сезанн стал изображать их одновременно с 2х точек зрения.

Поль Сезанн, Натюрморт с яблоками и персиками, 1905

На примере этого натюрморта можно понять, что изменил Сезанн. Столешница наклонена к нам для того, чтобы увеличить угол обзора. Кувшин дан сверху и сбоку. По закону перспективы – это грубейшие ошибки, по методу Сезанна – правда нашего зрительного восприятия.

Второй важный момент: отсутствие перспективы и демонстрация объекта сразу в нескольких ракурсах влечет за собой неминуемое “уплощение” изображения. Сезанн решает эту проблему, используя цвет. Именно, с его помощью он переводит 2х мерное пространство в трехмерное.

Кроме того, он выбирает общую тональность всего полотна, которая связывает все элементы вместе.

Поль Сезанн, Натюрморт с тарелкой вишен, 1895

Сезанн стремился не просто к поиску интересных, новых идей. По его мнению, импрессионизм был слишком поверхностным, необъективным, лишенным прочной структуры. Задача Сезанна и состояла в том, чтобы придать живописи больше устойчивости, сохранив при этом правдивость изображения. В поисках решения, он обратился к природе.

Поль Сезанн, Гора Сент-Виктуар, 1895

И он его нашел. Сезанн увидел природу как скопление геометрических фигур: цилиндра, шара и конуса. Он сводит изображение к этим формам, таким образом структурируя и упорядочивая его.

Сезанн жертвует деталями ради передачи формы и этот метод будет в основе абстракционизма, когда художники полностью откажутся от изображения объекта.

Джексон Поллок, Ключ, 1946

Однако, к геометрии форм необходимо было добавить то, что будет придавать всему изображению глубину. Этот вопрос Сезанн решает с помощью вертикальных линий, перпендикулярных горизонту. Опять же, это отлично видно картине с его любимой горой- сначала художник выстроил систему горизонталей- поле, дома, мост, а затем добавил вертикальный ствол дерева на переднем плане, тем самым создав ощущение протяженности пейзажа вглубь.

Поль Сезанн, Гора Сент-Виктуар, 1887

Получилась своеобразная сетка координат. Мне очень понравилось сравнение, которое приводит Дмитрий Гутов ( художник) в одной из своих лекций, ссылаясь на слова какого-то искусствоведа.

Вот две картины с соснами. Сезанн и Шишкин.

Иван Шишкин, Сосна, 1892

Что будет, если дернуть за ветку сосны у Шишкина? Вы выдернете сосну с корнем. Настолько у этого художника монолитное изображение дерева.

Что будет, если дернуть за ветку сосны у Сезанна? Вы выдернете ветку вместе с небом.

На мой взгляд, хорошая иллюстрация того, насколько цельны картины Сезанна. Сосны, дома, мосты просто вмонтированы в окружающее пространство.Все смотрится единым, неразрывным с природой. Отлично это видно на полотне “Купальщицы”.

Поль Сезанн, Большие Купальщицы, 1906

Тела женщин диагонально поднимаются вверх, сливаясь с пейзажем, становясь его частью и, одновременно, создавая геометрию композиции, придавая ей глубину.

Читайте также:
Иван Константинович Айвазовский (Ованнес Айвазян) - отзывы, мнение, рейтинг

Этот художник был во истину трудоголик. Он писал целыми днями. Его живопись была для него основным в жизни. Умер он, после того как простудился, работая на пленэре. Слава, как это часто бывает, пришла к нему уже после смерти.

В 1907 году была устроена выставка работ Сезанна, которая изменила искусство навсегда.

Дверь в модернизм была распахнута и в нее уже заглядывал Пикассо, Брак, Матисс и Боннар.

Кстати, вот эта картина – самая дорогая в мире ( по крайней мере это было так в прошлом году) – 250 млн долларов.

Поль Сеза́нн – отзывы, мнение, рейтинг

Невероятно, но факт: на импрессионистов огромное влияние оказало японское искусство. Как так получилось? Давайте разбираться.

Наша остановка – эпоха Эдо. Длилась она 265 лет (1603 – 1868), в это время страну держали в своих руках клан Токугава (их боялись даже чеченцы). Ребята закончили с войнами, как итог – золотой век экономики, театра, литературы и, конечно же, живописи.

Одной из жемчужин Эдо стали гравюры, или укиё-э (картины плывущего мира). Хотя изначально это были рекламы всяких баров/борделей и афиши.

Секрет популярности укиё-э прост. Эдо (кстати, это старое название Токио) быстро рос, люди хотели модную обстановочку дома, а традиционная японская живопись была ооочень не по карману. А тут есть картины ценой одной чашки лапши. Все очевидно же))

Кацусика Хокусай – «Большая волна в Канагаве», 1832

Поначалу сюжеты были очень ограниченными – театр и картины с девушками, исторические события и поздравительные открытки.

С развитием искусства и повышением популярности пошли фауна, жесткая эротика (сюнга – западные зрители офигевали от натуралистичности картин, а японцам было ок) и мифы со сказками.

И вот сказки уморительны. Привидения (японцы любили страшилки уже тогда), путешествующие карпы, коты-самураи и бордель собак. Открывается совсем новый мир, японцы были безумны всегда.

Пейзаж как самостоятельный жанр появился позже остальных, и тут большую роль сыграл знакомый многим Кацусика Хокусай.

Коты-самураи, почему бы и нет:

Многосерийная история Утагавы Куниёси “Японские сказки о рыбах” про путешествия и проделки карпов. Эта гравюра называется “Последний этап алкогольной вечеринки”

Так вот, к концу 19 века японское искусство очень резво ворвалось в мир жителей запада. И сразу поразила новых зрителей в самое сердечко. А в особенности импрессионистов: Клод Моне владел коллекцией из 250 гравюр (постоянно спрашивал гостей их мнения об этих работах и частенько дарил их), вечно безденежный Ван Гог владел 200 картинами и делал отсылочки в своих полотнах, Ренуар и Дега часто вдохновлялись работами японских коллег.

«Автопортрет с перевязанным ухом» одного крайне известного художника, присмотритесь к стене:

Дам немного контекста из истории. В 19 веке академизм не давал расти новым направлениям: важны правильная композиция, нужный смысл и обязательна фотореалистичность. Революцию совершили импрессионисты, а позже появился авангард и другие -измы.

Но за сотню лет до этого японцы делали красиво и говорили сокровенную фразу – мы так видим. Для них было важно показать чувства и эмоции (знакомо?), и, хотя фотографии еще не существовало, на своих полотнах японские мастера умели поймать момент (ну а теперь узнали?).

Тут у нас похожая идея у Утагавы Хиросигэ «Морское побережье в провинции Идзу» и Клода Моне «Арка на запад от Этрета». Разница между картинами 31 год:

Европейские бунтари усвоили главные принципы: лаконичность, сюжеты и серийность. Никаких лишних деталей, несколько однородных цветов и простой сюжет – зачем нужны эти драматические сцены, когда гораздо интереснее глянуть на обычную девушку, цветы или море..

Моне писал по 30-40 картин со стогами и соборами, Сезанн постоянно изображал свою любимую гору. А вот японский классик Хиросигэ посвящал своим сюжетам по сотне работ!

Вот сравните работы Поля Сезанна «Гора Сент-Виктуар» и Утагавы Хиросигэ «Вид моста Яцуми-но хаси». Что-то есть, не правда ли:

Читайте также:
Питер Рубенс, биография, творчество, история жизни

И таких параллелей можно провести довольно много. Импрессионизм и Япония. Кто бы мог подумать))

Сезанн в новом свете

Британский историк попытался описать истинное лицо «затворника из Экса», отделив его от вымышленного образа. Недавно вышедшая фундаментальная биография художника и новое английское издание его писем без купюр пришлись очень вовремя

Разнообразные трактовки творчества Поля Сезанна в исследованиях ХХ века способствовали поднятию его авторитета, который окончательно укрепился на международных выставках последних 20 лет, однако его наследие по сей день таит в себе множество неразрешенных проблем. Две последние публикации о Сезанне принадлежат авторству Алекса Данчева, который со всей основательностью подошел к задаче «расшифровки» Сезанна.

Автор монографии пишет, что работы Сезанна «колонизировали наше сознание». Казавшиеся неустойчивыми натюрморты и бесконечные виды горы святой Виктории в равной степени вызывали восторги и насмешки. В последние годы жизни Сезанна восхищение его работами среди поколения молодых художников и мыслителей переросло в почитание; Поль Синьяк сравнивал его натюрморты с Моной Лизой Леонардо и 20-метровым Раем Тинторетто. Вместе с тем постепенно возрастал интерес к личности художника: эрудита, сварливого отшельника, странного, эксцентричного и независимого.

Созданная личность

Все противоречия, затрудняющие понимание характера Сезанна, по мнению Данчева, были созданы им самим. Сезанн придумал себе образ брюзгливого художника, не боящегося выставить себя деревенщиной «и с удовольствием предающегося безумствам».

Биография, написанная Алексом Данчевым, нацелена как раз на то, чтобы отделить истинного Сезанна от вымышленной фигуры, от множество его альтер эго. Даже просто изложить основные события жизни художника и его достижения — уже непростая задача из-за скудности и обрывочности источников: ранние биографии, мемуары и опубликованные «беседы» в большинстве случаев нельзя считать достоверными.

В нелегком деле отделения подлинных зерен от романтизированных плевел Алекс Данчев обращается к самому наследию мастера и делает это блестяще. Годами Сезанн получал признание лишь от друзей-художников. Эдгар Дега и Клод Моне коллекционировали его работы, а Огюст Ренуар, как пишет Данчев, «записывал его речи, словно антрополог в неизвестном племени». «Нет мастера, равного Сезанну», — декларировал Жорж Брак; а художники последующих поколений тщательно усваивали «уроки» Сезанна: Василий Кандинский, Анри Матисс, Генри Мур, Фрэнсис Бэкон, Люсьен Фрейд. К пестрому списку живописцев присоединились столь же несхожие между собой писатели и философы: Д. Г. Лоуренс, Мартин Хайдеггер, Эрнест Хемингуэй, Уолтер Бенджамин, Аллен Гинзберг, даже Эрик Ромер и Вуди Аллен. К счастью, все эти «поклонники» художника не идут в книге друг за другом бесконечной вереницей, а аккуратно разложены по главам, «их» Сезанн тщательно исследован автором, что позволяет увидеть его работы в новом свете.

В книге Алекса Данчева личность и творчество Поля Сезанн воссозданы по крупицам и с различных точек зрения, в итоге складываясь в цельный и многомерный образ. Биографические и аналитические главы монографии чередуются с подробным анализом автопортретов Сезанна. В них художник фиксирует собственные черты и создает образ самого себя — столь же сложный, но уже куда более личный.

Прямая речь

Подлинный голос Сезанна звучит в его письмах, изданных отдельной прекрасно иллюстрированной книгой. Письма предлагают взгляд изнутри на повседневную жизнь художника и знакомят с ходом мыслей Сезанна. Его переписка, впервые опубликованная в 1930-х годах Джоном Ревалдом, «отцом-основателем исследований о Сезанне». Эти письма адресованы преимущественно друзьям, они демонстрируют большое разнообразие настроений; Сезанн выступает в них деликатным и чувствительным. Ранние письма полны каламбуров и юмора, поздние же более прозаичны, трогательно эмоциональны; порой рассказывают многое о художественных планах Сезанна. В своих новых переводах Алекс Данчев отдает должное глубине мысли художника. Двадцать писем впервые публикуются на английском, в том числе адресованные жене Сезанна, Гортензии. В них мадам Сезанн кажется не столь «хрупкой, нестареющей и неприкаянной», как утверждал Ревалд. В некоторых письмах речь идет о теории искусства Поля Сезанна, об «истинной живописи», важности «чувственного опыта» и необходимости «реализовать» это на холсте. Новое издание исправляет допущенные ранее ошибки и неточности в переводах, успешно восстанавливая мощь и остроту прозы Сезанна (предыдущие переводы сильно страдали от бесчисленных восклицаний «ейбогу» и значительного смягчения интонаций), не искажая смысла слов художника. – Энн Роббинс

Читайте также:
Иса́ак Ильи́ч Левита́н - отзывы, мнение, рейтинг

Поль Сезанн.
Художник-аутсайдер

Поль Сезанн (Paul Cézanne) — творец, на которого равнялся сам Пабло Пикассо (Pablo Picasso). Даже Уинстон Черчилль (Winston Churchill), известный художник-любитель, называл Сезанна своим учителем. Сам же французский живописец всегда прибавлял к своей подписи на картинах слова: «ученик Писсарро». В этой незамысловатой цепочке учеников и учителей Поль Сезанн занимает особое место. И сам Камиль Писсарро (Camille Pissarro) не раз утверждал, что Сезанна ждёт большое будущее. И он не ошибся. Поль Сезанн повлиял на развитие многих направлений живописи первой половины XX в. Особенно на кубизм. Но не будем забегать вперёд.

19 января 1839 года в тихом городке Экс-ан-Прованс, что расположился на юге Франции, родился Поль Сезанн. Будущий художник в детстве получил прекрасное образование по меркам того времени. После школы Святого Жозефа, где рисование было обязательным предметом, он поступил в Коллеж Бурбон. Мальчик превосходно знал математику, латынь и греческий язык, у него была блестящая память.

Разумеется, рисование всегда привлекало его сильнее. Однако, сколько ни старался Поль Сезанн, а ежегодного приза по этому искусству он так и не получил. Даже в 1857 году в этом конкурсе победил его близкий друг, в будущем известный французский писатель, Эмиль Золя (Émile Zola). Но Сезанн не сдавался. Впрочем, он боролся с предвзятостью к собственному творчеству почти всю свою жизнь, пока под конец его не настигла слава.

Его отец, Луи-Огюст Сезанн (Louis-Auguste Cézanne), считал, что Полю необходимо получить юридическое образование. Он готов был полностью содержать сына, ведь он был одним из самых богатых людей в Экс-ан-Провансе. Поль Сезанн даже поступил в университет в своём родном городке, но обучение не задалось. Сезанна тянуло к творчеству.

С поддержкой матери он убедил отца отпустить его учиться живописи в Париже. Тем более, там уже его ждал Эмиль Золя, который будет поддерживать Поля в его начинаниях большую часть жизни. Однако, путь художника был чрезвычайно тернист. Сезанн, глядя на студентов академии Сюиса, где начинал учиться живописи, убедил себя, что не так искусен в своей технике, из-за чего переехал обратно в Экс-ан-Прованс. Но ненадолго. В период с 1858 по 1872 год он переезжал то туда, то обратно несколько раз, пока окончательно не обосновался в родном городе.

Так же нестабильно было и его отношение к собственным творениям. Он постоянно рвал свои работы, выбрасывал их или отдавал на растерзание своему ребёнку. Но если, по его мнению, картина удавалась и её похвалили, то Сезанн на радостях просто дарил полотно человеку, высказавшемуся о картине положительно. Можно себе вообразить, сколько денег потерял Поль Сезанн таким образом. Бедности он избежал только благодаря своему богатому отцу.

В 1860-х гг. творческая элита Парижа бурлила — появлялись художники, игнорировавшие классический канон. Они создавали нечто принципиально новое, но их работы не поняли и не приняли в Парижском салоне. Среди таких творцов-изгнанников оказались Эдуард Мане (Édouard Manet), Камиль Писсарро, Клод Моне (Claude Monet), Пьер-Огюст Ренуар (Pierre-Auguste Renoir), Эдгар Дега (Edgar Degas) и многие другие. В 1863 году Наполеон III (Napoléon III) открыл Салон отверженных, где все они могли наконец выставить свои работы.

Сложный и противоречивый характер Поля Сезанна проявился и здесь. Он всей душой тяготел к «отверженным», его работы точно так же не пропускали в Парижский салон. Но из-за обидчивости, мнительности и грубости Сезанн не мог наладить с молодыми импрессионистами дружеских связей. Его раздражала их весёлость и непосредственность. Однако, он вдохновлялся их революционным духом в живописи.

Читайте также:
Питер Пауль Ру́бенс - отзывы, мнение, рейтинг

Живопись самого Поля Сезанна в тот период была весьма мрачной и темпераментной, его отличали глубокие тёмные цвета. Он изображал на своих картинах сцены насилия и даже убийств. В то же время он был под большим впечатлением от того, как Эжен Делакруа (Eugène Delacroix) работал с цветом. Его влияние проглядывается в картинах Сезанна. Кроме того, сам Поль говорил:

«Цвет — это та точка, где наш мозг соприкасается со вселенной».

В 1870 году из-за начавшейся франко-прусской войны Сезанн вновь уезжает из Парижа. На этот раз он уехал не один, а со своей натурщицей и будущей женой Гортензией Фике (Hortense Fiquet). Они поселились в небольшой деревушке Эстак, недалеко от Марселя. Там он увлёкся изображением пейзажей и работой над светом и передачей атмосферы. Но всё равно это был всё тот же мрачный Поль Сезанн. Например, это отчётливо видно на картине «Тающий снег в Эстаке» (La Neige fondue à l’Estaque) 1870 года.

Но с 1872 года всё изменилось. Поль Сезанн начал работать с известным художником Камилем Писсарро. Несмотря на сложный характер Сезанна, Писсарро удалось научить его многим техническим приёмам, которые впоследствии сделают Поля одним из величайших художников. Писсарро помог Сезанну осветлить палитру, научил работать более мелкими мазками, свойственными больше импрессионистам.

К слову, Поль Сезанн хоть и воспринял многие технические приёмы импрессионистов, но всё равно показывал в своих работах, что преследует совершенно другие цели. Сезанн был в поиске чего-то вечного, устойчивого, не подчиняющегося времени. Импрессионисты же, напротив, интересовались изменчивостью цвета и формы. Своеобразие подхода Сезанна отчётливо видно на его картине «Дом повешенного в Овере» (La Maison du pendu, Auvers-sur-Oise) 1872-1873 гг., в котором он уже пытается моделировать форму при помощи цвета.

Но вскоре Сезанн полностью порвал с импрессионизмом. На выставках, где он наконец представил свои работы среди полотен многих известных импрессионистов, его творчество подверглось резкой критике. Он усердно работал год за годом, но так и не смог пробиться через непонимание публики.

Разочарование в своём пути подкрепилось и личными трагедиями. Из-за того, что его полотна не продавались, Сезанн был вынужден просить помощи у отца, который ни во что не ставил творчество сына. Да ещё и лучший друг Поля, Эмиль Золя, написал книгу о художнике-неудачнике «Творчество» (L’Œuvre), в главном герое которой Сезанн узнал себя. С дружбой теперь было покончено. Поль Сезанн нуждался в уединении.

Кризис, который он пережил, и уединение, которое ему так было необходимо, помогли Сезанну прийти к собственному стилю. С конца 1870-х до начала 1890-х годов художник только и делал, что работал над собой. Можно с уверенностью назвать это время зрелым периодом творчества Сезанна.

Излюбленным мотивом художника становятся горы Сент-Виктуар. Он рисует их вновь и вновь, добиваясь того, чего хотел — монументальности и простоты. Он стремится к структурности и формам, которые были бы свободны от всего случайного, превращая их в предтечу абстракции. Картины напоминают цветовую мозаику. Этот эффект подпитывается и тем, что в его работах отдельные перспективы наступают друг на друга, из-за чего теряется само ощущение пространства. Иными словами: перспектива в его картинах была нарушена. Но это и сделало его творения выдающимися.

Поль Сезанн написал многочисленные натюрморты, в которых оттачивал технику владения светом и тенью, новыми палитрами. Кроме того, в 1870-1890 гг. он написал свои самые значительные автопортреты. Их отличали короткие, параллельные мазки, затуманенные и непроницаемые глаза художника и формы, подчинённые исключительно Сезанну и замыслу. Важен на этих картинах был не человек, не он сам, а живопись, как она есть. И в то же время в его картинах оставалось нечто незавершённое, дразнящее.

Читайте также:
Василий Суриков, биография, история жизни, творчество

Слава пришла к нему неожиданно уже под конец жизни. Сначала в 1895 году Амбруаз Воллар (Ambroise Vollard) организовал первую персональную выставку Поля Сезанна. С этого момента и началось его восхождение на вершину. Спустя пять лет три картины Сезанна поместили на почётное место на Всемирной выставке в Париже. С этого времени уже престарелым Сезанном заинтересовались молодые художники, в числе которых был и упомянутый ещё в начале Пабло Пикассо.

Новое поколение творцов почитали технику Поля Сезанна, его «чувственную плоскостность», когда объём создавался исключительно за счёт цвета, мазка и рисунка. Линейная перспектива отходила на второй план или игнорировалась вовсе. Теперь уже Сезанн не учился. Он сам учил. Молодые художники ловили каждое его слово и движение. Все осознавали, что он опередил своё время, поэтому в начале карьеры и в зрелые годы творца люди просто не могли понять его живопись.

Миг славы оказался краток. Старый художник из Экс-ан-Прованса Поль Сезанн хотел умереть за мольбертом. Так и произошло 22 октября 1906 года. Последней его работой стал этюд «Садовник Валье» (Le Jardinier Vallier).

Поль Сезанн говорил:

«Работать, ни на кого не оглядываясь, и набирать силу — вот в чем цель художника. А на всё прочее — наплевать!»

И он работал несмотря на критику публики, друзей, родных… Всю жизнь он терпел насмешки обывателей и мастеров. Но он творил потому, что попросту не мог не творить. И стал великим.

czeslaw_list

KLINIKA HAŁAŬNOHA MOZHU

Liepš być bahatym i zdarovym, čym biednym i chvorym

Поль Сезанн — французский художник-живописец, яркий представитель постимпрессионизма

Поль Сезанн (фр. Paul Cеzanne) — французский художник-живописец, представитель постимпрессионизма, родился 19 января 1839 года в Экс-ан-Провансе, старой провинциальной столице Южной Франции.

Он был единственным сыном властного отца. Отец художника, Луи-Огюст Сезанн, самоуверенный и напористый, был самым удачливым ростовщиком в Эксе. Сезанн имел слабое представление о хорошей живописи, но во многих других отношениях он получил превосходное образование.

С ранних лет Сезанн тянулся к искусству, но не имел, на первый взгляд, никаких ярко выраженных дарований. С 15 лет Сезанн начал посещать свободную академию рисунка. Однако ежегодного приза по рисованию в коллеже Сезанн никогда не получал.
.

В 1861 году Сезанн впервые отправился в Париж, но провалился на вступительных экзаменах в Школу изящных искусств. После кратковременного пребывания на родине и работы в банке вновь возвратился в Париж, посещал так называемую академию Сюиса (1862-1865), где за небольшую плату можно было рисовать обнаженную натуру. Внимательно следил за художественной жизнью, посещал знаменитое кафе Гербуа, в котором часто собирались художники. Среди кумиров современности того времени были живописец и график Эжен Делакруа и художник Гюстав Курбе. Сезанн копировал картины старых мастеров в Лувре, преимущественно Веронезе, Тинторетто, Караваджо, Креспи.

Специального художественного образования Сезанн не получил и был самоучкой, так как не желал подчиняться догмам академического искусства.

По годам Сезанн был ровесником импрессионистов. Тем не менее, искусство конца 19 века и начала 20 века делится на два периода: до Сезанна и после Сезанна. Именно Сезанн положил начало постимпрессионизму, из творчества Сезанна рождается последующее современное искусство.

Изображая обыденные вещи, Сезанн создавал в каждой картине неповторимую пространственную систему, отличную от применявшихся в искусстве со времен возрождения правил перспективы. В одном полотне Сезанн соединял несколько точек зрения на один предмет, применяя приемы прямой и обратной перспективы.

Художника прежде всего интересовали фундаментальные закономерности цветовых сочетаний и форм, создающих материальность предметов. В натюрмортах, пейзажах и портретах стремился выявить с помощью градаций чистого цвета, устойчивых композиционных построений высокие качества предметного мира, его пластическое богатство, логику структуры, величие природы и органическое единство ее форм.

Читайте также:
Иван Константинович Айвазовский, биография, творчество

Сезанн оставил массу загадок исследователям своего творчества. О нём и его творчестве написано огромное количество работ и созданы различные спорные теории о его творчестве. Споры эти не утихают и поныне.

Даже тогда, когда искусство импрессионистов было уже в фаворе, современники не признавали искусство Сезанна, глумились над его работами.

Сын банкира, он вынужден был существовать на жалкое пособие отца, много лет скрывая от родных жену и сына. В результате, получив огромное наследство, он продолжал вести прежний образ жизни.

Заросший, с лохматой бородой и волосами, в засаленной одежде, он всегда оставался отшельником. Не выносил чужих прикосновений, легко настраивал против себя окружающих, самоутверждаясь, говорил всем встречным гадости.

Если картина не удавалась, он бесновался и метался как зверь в клетке, ломал кисти, изничтожал холсты, оставляя их на недели под дождем и палящим солнцем.

Единственный друг детства Эмиль Золя, не понял его творческих исканий и выставил его в романе “Творчество” жалким психопатом и неудачником.

Правдоруб Сезанн порывал с друзьями и раньше, не прощая куда меньших прегрешений в отношении своего творчества.

Он пренебрегал всеми жизненными благами, упорно создавая новую, как ему казалось, живопись – задачу всей его жизни.

Слава пришла к Полю Сезанну в конце жизни. В Экс началось паломничество художников, коллекционеров и критиков. Воздействие его искусства сказалось на творчестве живописца Поля Гогена, фовистов и кубистов, русских «сезаннистов» из «Бубнового валета». Сезанна рассматривали порой как «художника для художников» и представителя «чистой живописи», иногда же, напротив, как создателя своего рода философской концепции мира и искусства.

→ Поль Сезанн (1839-1906) французский живописец

Натюрморт с драпировкой. 1889, Эрмитаж, Петербург

Натюрморт с хлебом и яйцами. 1865.

Натюрморт с цветами и фруктами

Натюрморт, Около 1879-1882

Натюрморт с зелёным сосудом и оловянным котлом.

Пьеро и Арлекин. 1888, Музей им. А.С.Пушкина

Поль Сезанн скончался 22 октября 1906 года, в Экс-ан-Провансе.

Поль Сезанн в воспоминаниях современников и в письмах к друзьям. Часть V

Ворчалка № 677 от 15.09.2012 г.

“Я испытываю огорчение, видя, что не все глупцы погибли, но утешаюсь мыслью, что ни один из нас не погиб. Мы можем возобновить наши битвы”, –

“Видишь, если бы все глупцы исчезли, ты был бы принуждён доедать остатки тушеного мяса наедине со своей благоверной”.

“Скажи, Эмиль, не находишь ли ты, что здесь слишком жарко? Разреши мне снять пиджак”.

“Сезанн — великий правдолюб, страстный и непосредственный, суровый и исключительно тонкий в передаче оттенков, – безусловно, попадет в Лувр. На этой выставке есть немало полотен, достойных музеев будущего”.

“Представившийся случай подтвердил, что Сезанн, в самом деле, существует, и что его существование кое-кому даже не бесполезно. Неожиданно обнаружилось, что друг Золя, этот таинственный провансалец — художник творчески неполноценный и одновременно самобытный, насмешливый и нелюдимый — человек выдающийся.
Выдающийся человек? Не совсем, если остерегаться сезонных увлечений. Но он, бесспорно, один из наиболее интересных темпераментов, он тот художник, у которого сознательно или бессознательно новая школа многое позаимствовала”.

“исказил образы, пренебрег фактами и внёс излишнюю восторженность в описание самых обыкновенных вещей”.

“Подняв зеркало, Истина силится выйти из источника, где её удерживают лицемерие дона Базилио и жёсткий кулак грубой силы”.

“Я получил золотую медаль! Когда ваш Моне сможет сказать о себе то же самое, тогда мы потолкуем”.

“Нет, мы ничего решительно не понимаем! Какие-то важные особенности заложены в полотнах этого художника. Он непременно должен быть представлен в моей галерее”.

“За последнее пятнадцатилетие Сезанн – наиболее критикуемый, осуждаемый прессой и публикой художник. Нет такого оскорбительного эпитета, который не присоединяли бы к его имени, и творения его имеют успех разве только потому, что вызывают гомерический хохот, продолжающийся и поныне. Одна газета назвала сезанновский портрет мужчины, представленный на выставке нынешнего года, “Биллуар в шоколаде” [Биллуар – это имя казнённого убийцы, который разрезал свою жертву, женщину, на куски.]. Эта издёвка, этот шум вокруг художника – следствие недобросовестности, которую даже не пытаются скрыть. К полотнам г-на Сезанна подходят, чтобы повеселиться. Со своей стороны, признаюсь, я не знаю живописи, которая давала бы так мало повода для смеха. Сезанн художник, и большой художник. Те, кто никогда в жизни не держал в руках ни кисти, ни карандаша, объявили, что Сезанн не умеет рисовать, они считают его недостатками то, что, собственно, и является тем утонченным и глубоким мастерством, которое приходит вместе с огромными знаниями. Натюрморты художника, столь прекрасные, столь точные по гармонии тонов, содержат в себе нечто торжественное и глубоко правдивое. Во всех своих картинах художник волнует, потому что сам испытывает неподдельное волнение перед натурой, которую он во всеоружии знания воплощает на холсте”.

“Создатель “Купальщиков” принадлежит к породе титанов. Так как он не поддается никакому сравнению, то удобнее всего его отрицать. Между тем в живописи у него есть единомышленники, уважаемые в мире искусства, и если сегодня мы не воздаем Сезанну должное, то потомки наши сумеют отвести ему место среди равных, рядом с полубогами искусства”.

“Сезанн стал чем-то вроде предтечи, от которого хотят вести свой род символисты. И действительно, можно, конечно, установить прямое родство и довольно ясную преемственность между живописью Сезанна и живописью Гогена, Эм[иля] Бернара и других. Это относится и к Ван-Гогу. Хотя бы с этой точки зрения Поль Сезанн заслуживает того, чтобы его имя заняло подобающее место. Конечно, отсюда не следует, что духовная связь между Сезанном и его преемниками поддается абсолютно точному определению, и что Сезанн ставит перед собой те же теоретические и синтетические задачи, какие ставят художники-символисты. Теперь при желании уже легко уяснить себе, в чём состояла последовательность исканий Сезанна, всего его творчества в целом. Основное доминирующее впечатление такое, что Сезанн подходит к натуре не с какой-то обязательной программой, с деспотическим намерением подчинить эту натуру провозглашенному им закону, приспособить или свести натуру к формуле того искусства, которое он носит в себе. Сезанн отнюдь не лишен программы, у него есть свои законы и идеалы, но они исходят не от канонов его искусства, а от страстной пытливости его ума, от горячего стремления овладеть предметами, восхищающими его взор.
Сезанн – человек, который вглядывается в окружающий мир, человек, опьянённый открывающимся перед ним зрелищем, стремящийся передать это чувство опьянения на ограниченном пространстве полотна. Принимаясь за работу, он ищет средства, чтобы осуществить такую передачу как можно полнее и правдивее”.

“открывает искусству заветную дверь: живопись для живописи”.

“Это заставляет меня задуматься над словами, сказанными однажды в моём присутствии Полем Гогеном о Поле Сезанне:

“Нет ничего, что так походило бы на мазню, как шедевр”.

Со своей стороны я нахожу, что в мнении Гогена заключена жестокая правда”.

Читайте также:
Михаи́л Алекса́ндрович Вру́бель - отзывы, мнение, рейтинг

“Как бы ни думал мэтр о своем творчестве — а он очень строг к себе, — оно превосходит всё, что есть в современной живописи, и утверждает себя сочностью и своеобразием видения, красотой палитры, богатством красок, декоративной насыщенностью. Его живопись глубока и долговечна. Она привлекает нас своей убеждённостью, своей здоровой направленностью, убеждает нас в той неоспоримости правды, которую провозглашает и которая при современном упадке воспринимается нами как освежающий оазис. Связанное своим утончённым восприятием с готическим искусством, творчество Сезанна современно, оно ново, оно французское, оно гениально!”

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: