Игорь Губерман, биография, история жизни, факты.

Игорь Губерман – биография, новости, личная жизнь

Игорь Губерман

Игорь Миронович Губерман (евр. יְהוּדָה בֵן מֵאִיר גוּברמן). Родился 7 июля 1936 года в Харькове. Советский и израильский поэт, прозаик. Известен четверостишиями под названием «гарики».

Игорь Губерман родился 7 июля 1936 года в Харькове.

Отец – Мирон Давыдович Губерман.

Мать – Эмилия Абрамовна Губерман.

Старший брат – Давид Миронович Губерман, академик РАЕН, работал директором Научно-производственного центра «Кольская сверхглубокая», был одним из авторов проекта бурения сверхглубоких скважин.

После школы поступил в Московский институт инженеров железнодорожного транспорта (МИИТ), который окончил в 1958 году, получив диплом инженера-электрика. Несколько лет работал по специальности, параллельно занимаясь литературой.

В конце 1950-х познакомился с А. Гинзбургом, издававшим один из первых самиздатских журналов «Синтаксис», а также с рядом других философов, деятелей литературы, изобразительного искусства. Писал научно-популярные книги, но все активнее проявлял себя как поэт-диссидент. В своём «неофициальном» творчестве использовал псевдонимы, например И. Миронов, Абрам Хайям.

Арест и уголовный срок Игоря Губермана

В 1979 году Губерман был арестован по сфальсифицированному обвинению о покупке краденых икон и приговорён к пяти годам лишения свободы. Не желая лишнего политического процесса, власти судили Губермана как уголовника по статье за спекуляцию. Кроме того, одному чиновнику приглянулась его коллекция икон.

Сам Губерман о своем уголовном деле рассказывал: “В то время огромное количество людей сажали по уголовной статье. Помню, меня вызвали в КГБ и предложили посадить главного редактора журнала «Евреи в СССР», с которым я тогда сотрудничал, или сесть самому. Выбора у меня не было. Тут же нашли уголовников, которые показали, что я купил у них пять заведомо краденых икон. А так как при обыске у меня их не нашли, что в общем-то понятно, меня судили еще и за сбыт краденого. В общем, мне светило максимум полтора года. Но следовательница мне призналась, что отсижу я полных пять лет, потому что директору музея в Дмитрове очень понравилась моя коллекция икон. А конфисковать ее могли только, дав мне такой большой срок”.

У него конфисковали большую коллекцию живописи, которую он собирал 12 лет: масляные картины, темперные. Кроме того – иконы, скульптуры, большое количество книг.

Попал в исправительно-трудовой лагерь, где вёл дневники. Он вспоминал, что в камере писал на клочках бумаги, которые хранили его сокамерники в сапогах и туфлях. Потом смог передать на свободу через заместителя начальника по режиму Волоколамской тюрьмы. “В тюрьме я встретил разных людей, но ко мне относились очень хорошо. Вообще, к дуракам в России очень хорошо относятся! Кстати, у меня даже кличка была – Профессор. Так она за мной по этапу и тянулась. Потому что я за всех желающих отгадывал кроссворды. А за это мне на прогулочном дворике перекидывали через стену табак”, – вспоминал он.

Затем, уже в период ссылки, на базе этих дневников была написана книга «Прогулки вокруг барака» – написана в 1980 году, опубликована в 1988-м.

Игорь Губерман во время ареста

В 1984 году поэт вернулся из Сибири. Долго не мог прописаться в городе и устроиться на работу. Он рассказывал: “Меня не прописывали в Москве. А вот жену с детьми сразу, меня только год спустя прописал у себя Давид Самойлов – в Пярну. Там же я снял с себя судимость. Милиция исправно приходила и проверяла, где я”.

В 1988 году Губерман эмигрировал из СССР в Израиль, живёт в Иерусалиме. Часто приезжает в Россию, выступая на поэтических вечерах.

В Израиле он вновь стал коллекционировать и собрал довольно неплохую коллекцию живописи.

Широкую известность и популярность получили его «гарики» – афористичных, сатирических четверостиший. Изначально он называл свои стихи дацзыбао (во времена культурной революции в Китае так назывались большие лозунги). Но в 1978 году друзья издали его книжку в Израиле, назвав «Еврейские дацзыбао». Тогда он решил поменять название своих четверостиший. О том, как появилось это название, он говорил: “Вместе со мной. Меня зовут Игорь, но дома всегда звали Гариком. Бабушка произносила мое имя замечательно: «Гаринька, каждое твое слово лишнее!»”.

Вся история нам говорит,
что Господь неустанно творит.
Каждый век появляется гнида
Неизвестного ранее вида.

Является сторонником неформальной лексики: “Ведь без нее литература российская просто невозможна!”.

“Меня как непотопляемого оптимиста трудно расстроить. Старость навевает грусть. Правда, я и на эту тему умудряюсь шутить: «В органах слабость, за коликой спазм, старость – не радость, маразм – не оргазм»”, – говорил Губерман.

Читайте также:
Януш Корчак, биография, история жизни, творчество

Игорь Губерман – Гарики

Личная жизнь Игоря Губермана:

Женат. Супруга – Татьяна Губерман (в девичестве Либединская), дочь писателей Юрия Либединского и Лидии Либединской. Как говорил Губерман, всю жизнь он был счастлив в браке. “Не знаю, как жена, но выбора у нее просто нет. По совету одного своего приятеля, я при заполнении анкеты в графе «семейное положение» пишу – безвыходное”, – шутил он.

В браке родилось двое детей: дочь Татьяна Игоревна Губерман и сын Эмиль Игоревич Губерман.

Дочь – воспитательница в детском саду, раньше занималась кибернетическими машинами. Сын – программист-процессорщик.

У Губермана три внучки и внук.

Игорь Губерман и жена Татьяна

Библиография Игоря Губермана:

1965 – Третий триумвират
1969 – Чудеса и трагедии чёрного ящика
1974 – Третий триумвират
1977 – Бехтерев: страницы жизни
1978 – Игорь Гарик. «Еврейские Да-Цзы-Бао»
1980 – Еврейские дацзыбао
1982 – Бумеранг
1988 – Прогулки вокруг барака
1988 – «Гарики (Дацзыбао)»
1992 – Гарики на каждый день
1994 – Второй иерусалимский дневник
1994 – Иерусалимские гарики
1994 – Штрихи к портрету
1998 – Гарики из Иерусалима
2002-2010 – Антология Сатиры и Юмора России XX века. Т.17
2003 – Окунь А., Губерман И. Книга о вкусной и здоровой жизни
2004 – Гарики предпоследние. Гарики из Атлантиды
2006 – Второй иерусалимский дневник
2006 – Вечерний звон
2009 – Губерман И., Окунь А. Путеводитель по стране сионских мудрецов
2009 – Книга странствий
2009 – Заметки с дороги
2009 – Пожилые записки
2010 – В любви все возрасты проворны
2010 – Гарики за много лет
2010 – Искусство стареть
2013 – Восьмой дневник
2013 – Иерусалимские дневники
2014 – Дар легкомыслия печальный
2015 – Девятый дневник
2016 – Ботаника любви
2016 – Гарики и проза
2016 – Еврейские мелодии

Гарики Игоря Губермана:

• Предпочитая быть романтиком
Во время тягостных решений,
Всегда завязывал я бантиком
Концы любовных отношений.

• Давай, Господь, решим согласно,
Определив друг другу роль:
Ты любишь грешников? Прекрасно.
А грешниц мне любить позволь.

• Был холост – снились одалиски,
Вакханки, шлюхи, гейши, киски;
Теперь со мной живет жена,
А ночью снится тишина.

• Теперь я понимаю очень ясно,
и чувствую, и вижу очень зримо:
неважно, что мгновение прекрасно,
а важно, что оно неповторимо.

• За то люблю я разгильдяев,
блаженных духом, как тюлень,
что нет меж ними негодяев
и делать пакости им лень.

• В наш век искусственного меха
и нефтью пахнущей икры
нет ничего дороже смеха,
любви, печали и игры.

• Текут рекой за ратью рать,
чтобы уткнуться в землю лицами;
как это глупо – умирать
за чей-то гонор и амбиции.

• В цветном разноголосом хороводе,
в мелькании различий и примет
есть люди, от которых свет исходит,
и люди, поглощающие свет.

• Я рад, что вновь сижу с тобой,
сейчас бутылку мы откроем,
мы объявили пьянству бой,
но надо выпить перед боем.

• Слой человека в нас чуть-чуть
наслоен зыбко и тревожно,
легко в скотину нас вернуть,
поднять обратно очень сложно.

• Идея найдена не мной,
но это ценное напутствие:
чтоб жить в согласии с женой,
я спорю с ней в ее отсутствие.

• Опыт не улучшил никого;
те, кого улучшил, врут безбожно;
опыт – это знание того,
что уже исправить невозможно.

• Поездил я по разным странам,
печаль моя, как мир, стара:
какой подлец везде над краном
повесил зеркало с утра?

• Тоскливей ничего на свете нету,
чем вечером, дыша холодной тьмой,
тоскливо закуривши сигарету,
подумать, что не хочется домой.

• На собственном горбу и на чужом
я вынянчил понятие простое:
бессмысленно идти на танк с ножом,
но если очень хочется, то стоит.

• Жить, покоем дорожа, –
пресно, тускло, простоквашно;
чтоб душа была свежа,
надо делать то, что страшно.

• Вчера я бежал запломбировать зуб,
и смех меня брал на бегу:
всю жизнь я таскаю мой будущий труп
и рьяно его берегу.

• Слежу со жгучим интересом
за многолетним давним боем.
Во мне воюют ангел с бесом,
а я сочувствую обоим.

• Не в силах жить я коллективно:
по воле тягостного рока
мне с идиотами – противно,
а среди умных – одиноко.

• Весьма порой мешает мне заснуть
волнующая, как ни поверни,
открывшаяся мне внезапно суть
какой-нибудь немыслимой херни.

Читайте также:
Катерина Ленгольд - биография, личная жизнь, фото, видео

• С Богом я общаюсь без нытья
и не причиняя беспокойства;
глупо на устройство бытия
жаловаться автору устройства.

• Вся наша склонность к оптимизму –
от неспособности представить,
какого рода завтра клизму
судьба решила нам поставить.

• Отменной верности супруг,
Усердный брачных уз невольник –
Такой семейный чертит круг,
Что бабе снится треугольник.

• Я женских слов люблю родник
И женских мыслей хороводы,
Поскольку мы умны от книг,
А бабы – прямо от природы.

• Красоток я любил не очень
И не по скудности деньжат:
Красоток даже среди ночи
Волнует, как они лежат.

• С неуклонностью упрямой
Все на свете своевременно;
Чем невинней дружба с дамой,
тем быстрей она беременна.

• Есть дамы: каменны, как мрамор,
И холодны, как зеркала,
Но чуть смягчившись, эти дамы
В дальнейшем липнут, как смола.

• Наступила в душе моей фаза
Упрощения жизненной драмы:
Я у дамы боюсь не отказа,
А боюсь я согласия дамы.

• Душой и телом охладев,
Я погасил мою жаровню:
Еще смотрю на нежных дев,
А для чего – уже не помню.

• Кто ищет истину, держись
У парадокса на краю;
Вот женщины: дают нам жизнь,
А после жить нам не дают.

• Бабы одеваются сейчас,
Помня, что слыхали от подружек:
Цель наряда женщины – показ,
Что и без него она не хуже.

• На собственном горбу и на чужом
я вынянчил понятие простое:
бессмысленно идти на танк с ножом,
но если очень хочется, то стоит.

• В цветном разноголосом хороводе,
в мелькании различий и примет
есть люди, от которых свет исходит,
и люди, поглощающие свет.

• За радости любовных ощущений
однажды острой болью заплатив,
мы так боимся новых увлечений,
что носим на душе презерватив.

• Жить, покоем дорожа, –
пресно, тускло, простоквашно;
чтоб душа была свежа,
надо делать то, что страшно.

• Вчера я бежал запломбировать зуб,
и смех меня брал на бегу:
всю жизнь я таскаю мой будущий труп
и рьяно его берегу.

• В наш век искусственного меха
и нефтью пахнущей икры
нет ничего дороже смеха,
любви, печали и игры.

• Вся наша склонность к оптимизму –
от неспособности представить,
какого рода завтра клизму
судьба решила нам поставить.

• Есть личности – святая простота
играет их поступки, как по нотам,
наивность – превосходная черта,
присущая творцам и идиотам.

• Текут рекой за ратью рать,
чтобы уткнуться в землю лицами;
как это глупо – умирать
за чей-то гонор и амбиции.

• Всего слабей усваивают люди,
взаимным обучаясь отношениям,
что слишком залезать в чужие судьбы
возможно лишь по личным приглашениям.

• Слой человека в нас чуть-чуть
наслоен зыбко и тревожно,
легко в скотину нас вернуть,
поднять обратно очень сложно.

• Мы сохранили всю дремучесть
былых российских поколений,
но к ним прибавили пахучесть
своих духовных выделений.

• Увы, но я не деликатен
и вечно с наглостью циничной
интересуюсь формой пятен
на нимбах святости различной.

• Ворует власть, ворует челядь,
вор любит вора укорять;
в Россию можно смело верить,
но ей опасно доверять.

• Поездил я по разным странам,
печаль моя, как мир, стара:
какой подлец везде над краном
повесил зеркало с утра?

• Мужик тугим узлом совьется,
но, если пламя в нем клокочет,
всегда от женщины добьется
того, что женщина захочет.

• Мне моя брезгливость дорога,
мной руководящая давно:
даже чтобы плюнуть во врага,
я не набираю в рот говно.

• Живя в загадочной отчизне
из ночи в день десятки лет,
мы пьем за русский образ жизни,
где образ есть, а жизни нет.

• Любил я книги, выпивку и женщин
И большего у бога не просил.
Теперь азарт мой возрастом уменьшен,
Теперь уже на книги нету сил.

• За то люблю я разгильдяев,
блаженных духом, как тюлень,
что нет меж ними негодяев
и делать пакости им лень.

• Вожди России свой народ
во имя чести и морали
опять зовут идти вперед,
а где перед, опять соврали.

• Вся история нам говорит,
что Господь неустанно творит:
каждый год появляется гнида
неизвестного ранее вида.

• Нам непонятность ненавистна
в рулетке радостей и бед.
Мы даже в смерти ищем смысла,
хотя его и в жизни нет.

Читайте также:
Эрих Мария Ремарк (Erich Maria Remarque) - отзывы, мнение, рейтинг

• Когда, глотая кровь и зубы,
мне доведется покачнуться,
я вас прошу, глаза и губы,
не подвести и улыбнуться.

Игорь Миронович Губерман

Фото Все

Видео Все

Губерман. Свежие гарики, Путин, Россия, Зеленский, встреча с Гагариным, евреи. “В гостях у Гордона”

Игорь Губерман специально для ETVNET.

«Лично знаком»/Игорь Губерман: об ощущении возраста, самокритике и кокетстве

Игорь Губерман — биография

Игорь Губерман – русский поэт и писатель. Известность ему принесло написание сатирических четверостиший, получивших название «гарики».

Сложно стать популярным поэтом-сатириком в наше время. Но Игорю Губерману это удалось. У него есть уникальная способность — коротко и очень смешно обратить в рифму весь трагикомизм нашей жизни.

Детство

Игорь Губерман родился в 1936 году в Харькове. В этом городе мальчик прожил меньше года, так как его семья переехала в Москву. Мать и отец были типичными советскими интеллигентами. Молодая мама только что окончила консерваторию, тогда как папа уже считался талантливым инженером-экономистом. Игоря в семье звали Гариком. Он с детства был довольно сообразительным и очень любил читать. Все новое для мальчика было интересным. Бабушка Игоря сама писала сказки, которые затем читала сыну мать. Таким образом уже с раннего детства ребенку прививалась любовь к художественному слову.

Преподаватели школы, в которую поступал Игорь, были удивлены тем, как много у мальчика было разносторонних знаний. Губерман отлично учился и в 1953 году окончил школу с золотой медалью. Но в то время евреев брали в высшие учебные заведения очень неохотно. В 50-х годах юноше еврейской национальности поступить в институт было почти невозможно. Отец хотел, чтобы сын овладел той же специальностью, которая была у него. Поэтому Игорь пытался поступить в технический ВУЗ. В Энергетическом институте Губерман не прошел дальше собеседования, а в Бауманском у него даже не стали принимать документы – посоветовали не тратить время зря, так как шансов на зачисление не было никаких. Тогда Игорь решил попытать счастья в МИИТ (сейчас Московский государственный университет путей сообщения Императора Николая II), куда его приняли.

Игорь Губерман в молодости

В этом институте к евреям относились лояльно – в группе, в которой учился Игорь, было 22 человека этой национальности из 30 студентов. В это время молодой человек много времени уделял сочинительству, но по его словам, все это было полнейшей чушью. А свои стихи о первой любви Губерман позже назвал просто сопливыми. Автор был рад, что тогда нигде их не публиковал. Свои знаменитые четверостишья, которые получили название «гарики» Игорь Миронович начал создавать в начале 60-х годов.

Писательская карьера

В 1958 году, окончив институт, Губерман устроился на работу по специальности. Трудясь на предприятии инженером-электриком, Игорь одновременно занимался писательской деятельностью. В это время он познакомился с Александром Гинзбургом, который вел «самиздатскую» работу.

Поэт Игорь Губерман

Постепенно поэт начинает общаться все с большим количеством творческих вольнолюбивых личностей. Среди них были поэты, художники, философы. Губерман и сам начал посвящать свое время «неофициальному» творчеству. Он стал писать книги на научно-публицистические темы. Но все же в большей степени Игорь проявлял себя как поэт-диссидент. Литератор в то время часто пользовался псевдонимами – под своим именем писать откровенные стихи о проблемах страны было опасно. Из-под пера Игоря Мироновича выходили очень своеобычные сценарии к документальным фильмам. Кроме этого, Губерман печатал небольшие статьи и очерки в периодических изданиях.

Арест и последующий переезд в Израиль

Все складывалось удачно – читателям нравились веселые «гарики», и Губерман стал довольно популярным. Но в 1979 году все изменилось. Поэта обвинили в том, что он скупал краденые иконы. Все улики были намеренно сфабрикованы, но суд не стал разбираться. Губермана осудили по статье «Спекуляция», и он попал в тюремное заключение на целых пять лет. Годы, проведенные там, глубоко запечатлелись в душе поэта. Позже Игорь создал книгу на основе дневников, записанных в неволе — «Прогулки вокруг барака».

Игорь Губерман

Литератор освободился в 1984 году, и ему понадобилась поддержка и помощь. Губерману отказались выдать московскую прописку, и тогда известный поэт Давид Самойлов пригласил Игоря в свой дом в Пярну. Позже Губерман смог там прописаться. Игорь Миронович работал на местной киностудии, также он продолжил работу над своими книгами.

Через некоторое время прошли новые судебные заседания, в процессе которых судимость была снята. У Губермана появилась возможность вернуться в Москву, как он считал. Но этого не произошло. К власти уже пришел Горбачев, но кардинально в стране пока ничего не менялось.

Читайте также:
Биография Николая Мрочковского

В 1988 году Игорь Миронович вместе с семьей решил переехать в Израиль. Он думал об этом уже давно, но сделать такой шаг раньше мешал арест. Теперь Губерман мог свободно получить израильскую визу и даже отправиться в США. Тогда данная виза давала санкцию на проживание в Америке. Но семья поэта осталась в Израиле. Позже Игорь Миронович рассказывал, что у них даже не было мысли уехать в США. В семье считали, что советские евреи должны жить в России или в Израиле.

Игорь Губерман в творческом процессе

Оказавшись на исторической родине, писатель не рассчитывал, что сможет зарабатывать там на жизнь литераторской деятельностью. Он думал, что в Израиле его никто не знает, и первое время брался за любую работу. Он овладел множеством профессий: от слесаря до строителя. Но постепенно Игорь понял, что и в этой стране количество его поклонников и читателей огромно. Так Губерман снова стал только писателем.

Личная жизнь

Супруга Игоря Мироновича по профессии – филолог. Она с уважением воспринимает творчество мужа. Жена Губермана знает, что образы, описанные в «гариках» — всего лишь литературные герои и совершенно не похожи на Игоря.

Игорь Губерман с семьей

Губерман по-прежнему не теряет своей популярности. Его «гариков» обожают читатели во всем мире. Игорь Миронович не прекращает сочинять новые четверостишья, с которыми не устает гастролировать по разным городам и странам.

Произведения

  • Третий триумвират
  • Чудеса и трагедии чёрного ящика
  • Третий триумвират
  • Бехтерев: страницы жизни
  • Игорь Гарик. «Еврейские Да-Цзы-Бао»
  • Еврейские дацзыбао
  • С того берега
  • Губерман Игорь. «Бумеранг».
  • Губерман Игорь. «Прогулки вокруг барака»
  • «Гарики (Дацзыбао)»
  • «Прогулки вокруг барака»
  • «Гарики на каждый день»
  • Прогулки вокруг барака
  • «Второй иерусалимский дневник»
  • Иерусалимские гарики
  • «Штрихи к портрету»
  • Гарики из Иерусалима
  • Гарики на каждый день
  • Губерман И. Гарики.
  • Антология Сатиры и Юмора России XX века.
  • Весь Губерман в пяти книгах.
  • Гарики предпоследние. Гарики из Атлантиды
  • Второй иерусалимский дневник
  • Вечерний звон
  • Гарики
  • Гарики на каждый день
  • Заметки с дороги
  • Пожилые записки
  • Прогулки вокруг барака
  • Книга странствий, Время
  • Гарики из Атлантиды
  • В любви все возрасты проворны
  • Гарики за много лет
  • Гарики на каждый день
  • Искусство стареть
  • Гарики из Атлантиды
  • Гарики из Иерусалима
  • Восьмой дневник
  • Иерусалимские дневники
  • Дар легкомыслия печальный
  • Девятый дневник
  • Ботаника любви
  • Гарики и проза
  • Гарики на каждый день
Ссылки

Для нас важна актуальность и достоверность информации. Если вы обнаружили ошибку или неточность, пожалуйста, сообщите нам. Выделите ошибку и нажмите сочетание клавиш Ctrl+Enter .

Биография Игоря Губермана

Игорь Миронович Губерман (евр. יְהוּדָה בֵן מֵאִיר גוּברמן) родился 7 июля 1936 года в Харькове. Отец – Мирон Давыдович Губерман. Мать – Эмилия Абрамовна Губерман. Старший брат – Давид Миронович Губерман, академик РАЕН, работал директором Научно-производственного центра «Кольская сверхглубокая», был одним из авторов проекта бурения сверхглубоких скважин.

В первой столице Украины Игорь Губерман прожил совсем недолго – в том же году семья переехала в Москву. Родители Игоря были типичными представителями интеллигенции СССР: мать только-только окончила консерваторию, а отец уже успел себя зарекомендовать как талантливый инженер-экономист. Губерман имеет еврейские корни. Игорь, или как его называли домашние – Гарик, рос смышленым мальчиком, много читал и проявлял нешуточный интерес ко всему новому. Любовь к слову ему привила мать, с раннего детства читавшая сказки, написанные его же бабушкой.

При поступлении в школу Игорь поразил преподавателей уровнем знаний, а на протяжении всех лет обучения продолжал удивлять высокой успеваемостью. В 1953 году молодой человек окончил школу с золотой медалью, но это совершенно не спасло его от сложностей при поступлении. Отец желал видеть сына последователем своего дела, а потому советовал идти в технический ВУЗ. Губерман так и сделал, только вот в Энергетическом институте его завалили на собеседовании, а в Бауманском ему просто посоветовали не тратить время – все равно не примут. Тогда он отправился в МИИТ (ныне Московский государственный университет путей сообщения Императора Николая II), где все прошло успешно.

Проблема с поступлением объяснялась просто – быть евреем в 50-х годах было крайне непросто. В МИИТе же всем было наплевать – группа Губермана из 30 человек включала 22 еврея. Во времена студенчества Игорь стал писать более активно, но по его же признанию все это была «полнейшая чушь», еще и вперемешку с «сопливыми и радостными» стихами о первой любви. Впоследствии Игорь Миронович не раз говорил, что рад, тому, что ранние произведения так и не стали достоянием общественности. Четверостишья, или так называемые «гарики», Губерман стал писать в начале 60-х.

Читайте также:
Губерман Игорь Миронович - отзывы, мнение, рейтинг

В 1958 году окончил МИИТ, получив диплом инженера-электрика. Несколько лет работал по специальности, параллельно занимаясь литературой.

В конце 1950-х познакомился с А. Гинзбургом, издававшим один из первых самиздатских журналов «Синтаксис», а также Он и сам приобщился к «неофициальному» творчеству и писал научно-популярные книги. Проявляя себя все больше как поэт-диссидент, Игорь Миронович в то время часто использовал псевдонимы, например И. Миронов, Абрам Хайям – уж слишком его стихи о проблемах Страны советов были откровенными. Губерман также писал довольно оригинальные сценарии к документальным фильмам и периодически издавал очерки и небольшие статьи в печатных изданиях.

Жизнь текла спокойно и размеренно – Губерман один за другим писал «гарики», веселил людей, и казалось, был абсолютно счастлив. Все изменилось, в 1979 году Губерман был арестован по сфальсифицированному обвинению (о покупке краденых икон) и приговорён к пяти годам лишения свободы. Не желая лишнего политического процесса, власти судили Губермана как уголовника по статье за спекуляцию.

Попал в исправительно-трудовой лагерь, где вёл дневники. Время проведенное в местах не столь отдаленных, оставило глубокий след в сознании писателя, и уже в период ссылки, на базе этих дневников была написана книга «Прогулки вокруг барака» (в 1980 написана, опубликована в 1988). В 1984 году вернулся из Сибири. Долго не мог прописаться в городе и устроиться на работу. Помощь пришла в лице Давида Самойлова, именно он помог писателю, когда после лагеря ему отказали в московской прописке. Тогда Самойлов предложил пожить ему в своем доме в Пряну, где позднее он и был прописан. Там он работал на местной киностудии, продолжая писать книги. Спустя некоторое время в процессе очередных судебных разбирательств, судимость с Игоря Мироновича была снята, и ему снова была открыта дорога в столицу.

Однако обосноваться в Москве вновь не представлялось возможным – не смотря на приход к власти Горбачева, ситуация практически не изменилась. И в 1988 году Губерман с семьей эмигрировал из СССР в Израиль, живёт в Иерусалиме. Часто приезжает в Россию и Украину, другие страны, выступая на поэтических вечерах.

Если ранее мешал арест поэта, то сейчас перед ними горел зеленый свет. Игорь Миронович, имевший на руках израильскую визу, спокойно мог выбрать для проживания Америку (в то время наличие данной визы разрешало проживание в США), однако, остановился на Израиле. По его же словам, в семье даже мысли не возникало об эмиграции в Штаты – все полагали, что место советскому еврею либо в России, либо в Израиле.

Перебираясь на историческую родину, Губерман не рассчитывал на интерес к своей персоне и был готов к тому, что придется браться за любую работу. Его послужной список профессий буквально за первые годы пребывания в Израиле значительно пополнился. Он был слесарем, инженером, строителем. Гораздо позже к нему пришло осознание того, что даже здесь, в Израиле, армия его читателей и поклонников просто огромная, и даже сейчас, находясь вдали от России, он может заработать на жизнь писательским трудом.

В 1990 году был удостоен премии «Золотой телёнок» «Литературной Газеты» («Клуба 12 стульев»).

В 2019 Игорь Губерман продолжает гастрольную деятельность, выступая в русскоговорящих странах и перед западной аудиторией, где говорит на русском, включая США.

Женился на дочери писателей Юрия Либединского и Лидии Либединской Татьяне. У них родились дочь и сын. Супруга Игоря – филолог — относится к творчеству мужа абсолютно нормально. Она уверенна, что ее муж и образы героев в его «гариках» – абсолютно разные вещи.

  • Чудеса и трагедии черного ящика
  • Третий триумвират Бехтерев: страницы жизни
  • Гарики на каждый день
  • Прогулки вокруг барака
  • Антология сатиры и юмора России XX века. Том XVII. Игорь Губерман
  • Книга о вкусной и здоровой жизни
  • Книга странствий
  • Гарики из Атлантиды
  • Путеводитель по стране сионских мудрецов
  • Штрихи к портрету
  • Пожилые записки
  • Вечерний звон
  • Седьмой дневник
  • Искусство стареть
  • Я лиру посвятил народу моему
  • В любви все возрасты проворны

Игорь Губерман, биография, история жизни, факты.

В стихотворениях этого ироничного поэта нет такого явления, человека или предмета, которые не преобразились бы под его пристальным взглядом лирика и сатирика. Читатели верят ему, потому что чувствуют, что он выстрадал свою горькую усмешку, не разуверившись в людях. Об этом выдающемся поэте-сатирике, рубящем правду-матку, можно сказать, что он умеет смеяться назло врагам, порой цинично и грубо, но всегда без фальши и лжи. Хлесткие «гарики» (четверостишия) Игоря Губермана отражают жизненные курьезы и злободневные проблемы, которые знакомы большинству людей.

Читайте также:
Михаил Афанасьевич Булгаков - отзывы, мнение, рейтинг

Isralove подобрал 16 интересных фактов о жизни и творчестве этого замечательного поэта.

1. Родился будущий поэт-сатирик в первой столице УССР Харькове в июле 1936. В том же году еврейское семейство Губерманов переехало в Москву. Родители Игоря были типичными советскими интеллигентами. Мать, Эмилия Абрамовна, окончила консерваторию. Отец, Мирон Давыдович, зарекомендовал себя как отличный инженер-экономист.

2. Гарик, так называли Игоря в семье, рос любознательным, смышленым мальчиком, любящим чтение. С раннего детства его учили чувствовать и любить слово, читая сказки, которые написала его бабушка.

Добро со злом природой смешаны,
как тьма ночей со светом дней;
чем больше ангельского в женщине,
тем гуще дьявольского в ней.

3. Еще в начальных классах мальчик поражал учителей своими знаниями. В течение всех школьных лет он удивлял всех отличными успехами. В 1953 юноша по окончании школы получил золотую медаль. Впрочем, это не спасло его от сложностей поступления в вуз. Отец посоветовал ему получить техническое образование. Однако в Энергетическом институте Игорь провалился на собеседовании, а в МВТУ имени Баумана сказали, чтобы он не тратил время. Удача улыбнулась ему лишь в МИИТ, где на его национальность не обратили внимания, как в предыдущих вузах. Быть евреем в пятидесятые годы минувшего столетия было не так-то просто.

4. К периоду студенчества относятся его стихи, которые сам поэт позднее назвал «полнейшей чушью». Он радовался, что его «сопливые и радостные» стишки не были известны широкой общественности. А вот знаменитые четверостишия «гарики» Губерман начал создавать в 1960-е.

5. Работая по специальности инженером-электриком, молодой человек активно занимался литературной деятельностью. В конце 1950-х он познакомился с журналистом и издателем Александром Гинзбургом. В круг его общения постепенно входили творческие свободолюбивые люди – поэты, художники, философы. Да и сам Губерман проявил себя как поэт-диссидент, создавая весьма откровенные стихи о проблемах советской страны. К этому же времени относится написание им оригинальных сценариев к документальным фильмам, очерков, небольших статей.

Еврeйский дух слезой просолен,
душа хронически болит,
eвpей, который всем доволен, —
покойник или инвалид.

6. Шестидесятые-семидесятые годы текли размеренно, спокойно. Поэт веселил людей своими «гариками» и казался абсолютно счастливым. Однако в 1979 Губермана обвинили в приобретении украденных икон. Это было клеветой и ложью. Неугодному поэту, без каких бы то ни было разбирательств, по статье «Спекуляция» дали вполне реальный срок – 5 лет тюремного заключения. Это тяжелое время оставило глубокий след в его душе. Позднее воспоминания об этом периоде жизни, записанные в тюремные дневники, легли в основу книги «Прогулки вокруг барака».

7. После выхода на свободу в 1984 поэту, нуждавшемуся в поддержке, помог его собрат по перу Давид Самойлов. Дело в том, что после отбытия наказания Губерману было отказано в московской прописке. Вот тогда-то Давид Самуилович предложил ему жилье в эстонском городке Пярну, где позднее и прописал поэта. Там Игорь Миронович трудился на киностудии, писал книги.

8. Судимость с Губермана через некоторое время сняли. Ему можно было ехать в Москву, но прописаться там, несмотря на наступившие перестроечные времена, было нельзя. Тогда в 1988 и было принято решение всей семьей переехать в Израиль. Кстати, имея израильскую визу, в тот период можно было без труда отправиться на проживание в США, но было принято решение отправиться на Землю Обетованную. В семействе считали, что советский еврей должен жить либо в России, либо в Израиле.

Учусь терпеть, учусь терять
и при любой житейской стуже
учусь, присвистнув, повторять:
плевать, не сделалось бы хуже.

9. Как и многие репатрианты Губерман не рассчитывал на особый интерес к своей личности. Он был готов работать в любых местах. Так и случилось. С первых лет пребывания в Израиле Игорь Миронович существенно пополнил перечень профессий. Ему пришлось трудиться и строителем, и инженером, и слесарем.

10. Только спустя годы пребывания в Израиле поэт осознал, что и в этой стране существует огромная армия русскоязычных почитателей его таланта. Так что даже вдали от России он может зарабатывать писательским трудом.

11. Губерман признается, что очень любит Израиль, называет его фантастическим государством. Ведь здесь даже камни источают запах истории. Ему там очень хорошо. Однако и Россию поэт тоже считает своей Родиной. Ведь он еврей, живущий в Израиле, однако мыслящий и творящий на русском языке.

Читайте также:
Борис Пастернак, биография, история жизни, творчество

Вчера я, вдруг, подумал на досуге —
Нечаянно, украдкой, воровато —
Что, если мы и вправду Божьи слуги,
То счастье — не подарок, а зарплата.

12. Его «гарики» берут свое начало в шестидесятых годах минувшего века. А вдохновили поэта на их написание дацзыбао – лозунги китайской культурной революции. Поначалу его четверостишия имели такое же название. Однако затем Губерман дал им собственное ласкательное семейное имя. Он решил, что «гарики» – это то, что надо для его ироничных стишков. Таких четверостиший у поэта-сатирика больше 5000.

13. Собственную персону Игорь Миронович воспринимает с иронией, считая ее генетической чертой. Ведь в СССР человеку еврейской национальности нельзя было быть иным. К своей популярности также относится с юмором, рассказывая о ней множество смешных историй.

14. Жена поэта Татьяна, урожденная Либединская, – филолог по образованию. К творчеству супруга относится нормально, считая, что он и образы, населяющие его четверостишия, ничуть не похожи. Кстати сам Игорь Миронович в свойственной ему самокритичной манере признается, что в семейной жизни он капризный, мелочный, деспотичный и неразговорчивый человек.

Бывает — проснешься, как птица,
крылатой пружиной на взводе,
и хочется жить и трудиться;
но к завтраку это проходит.

15. Поэт считает, что вместе с женой исполнил долг по воспроизведению человечества, вырастив двух детей. Сын Эмиль работает программистом-процессорщиком, дочь Татьяна – воспитательницей в детском саду. Игорь Миронович уже четырежды дед.

16. Губерман не теряет своей популярности и сегодня благодаря актуальности своих оригинальных четверостиший. Он продолжает творить «гарики», много выступает в разных странах. И на склоне лет остается удивительным оптимистом, по его словам, сохраняя недоверчивую любовь к человечеству.

Игорь Губерман

Когда становится немного грустно, все, что нужно, – открыть книгу с его стишками-«гариками», благодаря которым, Игорь Миронович Губерман получил широкую известность. Русский поэт и прозаик пишет и прозу, но она куда более драматична. Речь в ней идет о жизни как она есть, без прикрас.

Многим кажется, что эти стихи -из народа. Но нет, у них есть совершенно конкретный автор – Игорь Губерман. И «гариками» они названы неспроста: именно так поэта называют в кругу семьи.

Это сегодня он – автор с именем, которого знают даже за пределами России. Но раньше Игорь Миронович был простым инженером-электриком и «с омерзением работал по специальности». Так он сам говорил.

Игорь Губерман — биография

Игорь Губерман появился на свет 7 июля 1936 года в Харькове. в семье отца Мирона Давыдовича, и матери – Эмилии Абрамовны. В семье также есть старший брат Давид, который стал академиком РАЕН.

После школы Игорь поступил в железнодорожный институт). В 1958 году окончил МИИТ. После окончания института работал по специальности инженера-электрика, одновременно занимаясь литературой.

Литература

Первые его статьи были научно-популярными и. откровенно скучными. Одно было хорошо – печатались они вместе с фотографией автора, чем Губерман отчаянно гордился. Гордость прошла, когда однажды его маленькая дочка, увидев в мусорном баке статью отца с фотоснимком, дернула мать: «Смотри, вон папа на помойке валяется!»

Позже оказалось, что талант у него не только прозаический, но и поэтический. Правда, стишки Игоря Губермана были в основном политическими, поэтому автору приходилось брать псевдонимы, чтобы не оказаться в опале.

Знаменитые «гарики» появились значительно позднее. Первые Игорь Миронович написал в начале 1960-х, когда его супруга Татьяна, беременная первым ребенком, лежала дома на сохранении. Чтобы развеселить любимую, Губерман сочинял глупые четверостишия, писал их от руки на бумаге и прикреплял листочки над Таниной кроватью.

Чуть позже решился показать несколько особенно искрометных друзьям. Один из них, драматург Алексей Файко, услышав очередной «гарик», воскликнул: «Да ты Абрам Хайям!» Это прозвище надолго прикрепилось к Губерману в дружеском кругу.

А ведь было время, когда опусы Игоря Мироновича воспринимали как бесполезные творческие потуги. Он помнил, как впервые принес свои наброски поэту Михаилу Светлову. Тот долго их изучал, а потом, вздохнув, спросил: «И чего вам не нравится работать инженером?» Это был провал.

Сам себя Игорь Губерман характеризовал как поэт-диссидент. Да, он знал, как опасно было в те годы заявлять о своем мнении, но молодость часто граничит с безрассудством. Отец Игоря Мироновича однажды как бы невзначай подсунул невестке деньги: «Гарика непременно посадят, и гораздо раньше, чем он думает. Пусть у тебя будут деньги на первое время». Чувствовал скорую расправу и сам Губерман.

Читайте также:
Айзек Азимов - отзывы, мнение, рейтинг

Незадолго до ареста в 1979 году его поставили перед выбором: или он дает показания против главного редактора журнала «Евреи в СССР», в котором работал, или садится в тюрьму сам. Выбрал последнее. Обвинение было откровенно сфальсифицированным: «покупка краденых икон». Дали пять лет.

В исправительно-трудовом лагере Губерман вел дневники. На их основе позже составил книгу «Прогулки вокруг барака», которую опубликовал в 1988 году после выхода на свободу.

«Скука, тоска и омерзение – вот, что я испытал там», – рассказывал он о своем заключении. Хотя в тюремной среде Губерман быстро стал своим. Много шутил, рассказывал истории, помогал решать кроссворды, за что получил кличку Профессор. После лагеря его отправили в ссылку в Сибирь. Вскоре к нему приехала семья.

В Москву Губерман вернулся в 1984 году. Он не то что работу не мог получить – ему даже прописку давать не хотели. Выручил друг – поэт Давид Самойлов, прописавший Губермана у себя.

Бывший заключенный, да еще и еврей, – бельмо на глазу у власти. И хотя Игорь Миронович давно привык к предвзятому отношению, некоторые вещи удивляли даже его. Поэт помнил, как перед свадьбой поехал в командировку и умудрился потерять паспорт. Документ требовалось выправить быстро. Решив задобрить паспортистку, Губерман купил ей коробку конфет – миниатюрную, так как большими деньгами похвастаться не мог. Женщина его незначительный презент восприняла по-своему.

Документ новый выдала, но в графе «национальность», намекая на прижимистость просящего, крупными буквами вывела: «Еврей!» Уже в то время он задумывался об эмиграции. Израиль манил. Игорь Миронович мысленно собирал вещи, прикидывал, что точно следует взять с собой. Не мог не вспомнить про дружеский презент, который считал своим талисманом, – огромный «моржовий х.. .р». Однажды вечером, попивая чай с женой, спросил у нее: «Как думаешь, мне разрешат его в Израиль вывезти?» На что Татьяна многозначительно ответила: «Ты сначала свой вывези!»

В итоге все сложилось как нельзя лучше. Губерман хотел покинуть Советский Союз так же сильно, как советские власти мечтали избавиться от него. В 1988 году супругов вызвали в ОВИР и посоветовали: будет целесообразным выезд семьи в Израиль.

На новом месте все пришлось начинать с нуля. В Иерусалиме Губерман трудился то строителем, то инженером, то слесарем. Брался за любую работу, чтобы прокормить семью. Лишь спустя время он понял: в Израиле его любят и ценят не меньше, чем в СССР. Первые «гарики» в виде книги были выпущены именно в этой стране еще в 1978 году почитателями его таланта.

Начались гастроли, творческие и поэтические вечера. «Гариков» с каждым годом становилось все больше: на сегодняшний день их уже несколько тысяч! На каждый случай у Игоря Мироновича свое искрометное четверостишие. И в каждом из них, помимо юмора, еще и пронзительная житейская мудрость. Взять хотя бы строки:

В стихах Губермана можно встретить и крепкое словцо, но у него оно звучит не вульгарно – скорее, актуально и всегда к месту. А сам поэт признается: «Я считаю ненормативную лексику неотъемлемой частью великого и могучего!»

Личная жизнь

Игорь Губерман женат один и на всю жизнь. Супруга – Татьяна Либединская), дочь писателей Юрия Либединского и Лидии Либединской. Как он говорил, всю жизнь он был счастлив в браке, в котором родилось двое детей: дочь Татьяна и сын Эмиль. Татьяна работает воспитательницей в детском саду, а Эмиль программистом. У Игоря Мироновича три внучки и внук.

Игорь Губерман

Среди немыслимых побед цивилизации Мы одиноки, как карась в канализации.

Сказал я, начитавшись Губермана, да не сорвется с губ моих обмана. Пусть буду я на иглах наркоман, чем сочинять как Игорь Губерман.

Игорь Миронович Губерман (евр. рас. יְהוּדָה בֵן מֵאִיר גוּברמן ) — ЕРЖ, советский антисоветский поэт, прозаик и диссидент. Даже не совсем поэт, а скорее таки бард. Унылый мудак, и не скрывает этого. Знаменит своими четверо (а также дву-, шести- и далее как повезет) стишиями — «гариками» [1] .

[править] Биография

Одна журналистка из Киева отзывалась обо мне следующим образом: «Про Губермана говорили, что он грубиян и пошляк. А он совсем не такой. Мы вот шли вместе по снегу, он нас заботливо поддерживал и постоянно предупреждал: «Девочки, осторожно, не ёбнитесь!»

Родился в 1936 году в Харькове, где прожил считанные дни и учился уже в Москве. Пойди он работать по специальности, из него вышел бы простой советский электрик-еврей, что тоже доставляло бы. Но всеобщая грамотность дала плоды, и Губерман становится писателем. Для отвода глаз он пишет научно-популярные книги, для души — стихи, краткие и острые. Их он пишет под псевдонимами И. Миронов и Абрам Хайям (что нескромно, но оправданно) и др.

Читайте также:
Джеймс Гровер Тёрбер - отзывы, мнение, рейтинг

В 1979 году гебня приговаривает Губермана к пяти годам лишения свободы за скупку краденого (в книге «Прогулки вокруг барака» Губерман сам рассказывает, как и за что сел; никаких политических причин не было), что неудивительно: генерить мемы вроде «В борьбе за народное дело я был инородное тело» или

«Мне Маркса жаль: его наследство Свалилось в русскую купель, Здесь цель оправдывала средства, И средства обосрали цель»

В 1987 году Губерман эмигрирует, как нетрудно догадаться, в Ад и Израиль и проживает в Иерусалиме по сей день. Часто гастролирует по бывшему СССР, благо сегодня можно невозбранно радовать народ своими неполиткорректными творениями. Примечательно, что в 90-х на его концерты в Харькове ЕРЖ впускались бесплатно (да-да, никакой национальной дискриминации, им можно). Работает на радио Тель-Авива, откуда обратно-таки смеется надо всем и вся.

[править] Творчество

Размах Губермана широк — от научпопа до лагерных мемуаров. Напейсал книг больше, чем Пушкин, Лермонтов, Некрасов и Горький вместе взятые, а изданными экземплярами можно вымостить дорогу от Иерусалима до Биробиджана. Однако больше всего доставляют четверостишия — «гарики», которых у Губермана более 9000.

Она была собой прекрасна, и ей владел любой подлец; она была на все согласна, и даже — на худой конец.

Душа болит, свербит и мается, и глухо в теле канителится, если никто не покушается на целомудрие владелицы.

Некоторые даже стали народными частушками:

В лесу раздавался топор дровосека. Мужик отгонял топором гомосека. Устал, обессилел, упал дровосек — С улыбкой залез на него гомосек.

Я евреям не даю, Я в ладу с эпохою, Я их сразу узнаю — По носу и по хую.

Бросьте, девки, приставать — дескать, хватит всем давать: как я буду не давать, если всюду есть кровать?

Ты, подруга дорогая, Зря такая робкая. Лично я, хоть и худая, Но ужасно ёбкая.

Сбылись грезы Ильича, он лежит, откинув тапочки, но горит его свеча: всем и всюду все до лампочки.

Сын учителя, гений плюгавый — уголовный режим изобрел, а покрыл его кровью и славой — сын сапожника, горный орел.

Однажды здесь восстал народ И, став творцом своей судьбы, Извел под корень всех господ Теперь вокруг одни рабы.

За все на евреев найдется судья. За живость. За ум. За сутулость. За то, что еврейка стреляла в вождя. За то, что она промахнулась.

Когда черпается счастье полной миской, когда каждый жизнерадостен и весел, тетя Песя остается пессимисткой, потому что есть ума у тети Песи.

Здесь еврей и ты, и я, Мы — единая семья. От Шабата до Шабата Брат наёбывает брата.

Отца родного не жалея, Когда бы речь дошла до прения — В любом вопросе два еврея Имеют три несхожих мнения.

Все социальные системы — от иерархии до братства — стучатся лбами о проблемы свободы, равенства и блядства.

Любую можно кашу моровую затеять с молодежью горлопанской, которая Вторую мировую уже немного путает с Троянской.

Не верь тому, кто говорит, что пьянство — это враг; он или глупый инвалид, или больной дурак.

Не будь на то Господня воля, мы б не узнали алкоголя; а значит, пьянство не порок, а высшей благости урок.

Есть люди (их ужасно много) Чьи жизни отданы тому, Чтоб обосрать идею Бога Своим служением Ему.

Россияне живут и ждут, уловляя малейший знак, понимая, что наебут, но не зная, когда и как.

Смешно, когда мужик цветущий густо С родной державой съевши целый соли пуд, Вдруг обнаруживает грустно, Что, кажется, его давно ебут.

И, наконец-то, антисемитская:

Свет партии согрел нам батареи Теплом от радиаторной воды, И только лишь отдельные евреи Всё время недовольны, как жиды.

Для игры во все художества мой народ на свет родил много гениев и множество несусветных талмудил.

Еврею нужна непростая квартира: еврею нужна для житья непорочного квартира, в которой два разных сортира: один для мясного, другой для молочного.

Промахнулась Фанечка Каплан, — дрогнула рука у неумейки. Как могли такой серьезный план поручить и бабе, и еврейке.

Читайте также:
Эрнст Юнгер - отзывы, мнение, рейтинг

Впрочем, часто Губерман умудряется в одном гарике затронуть сразу несколько своих любимых тем.

Кроме этого, если сопоставить различные его гарики, то в них можно найти множество взаимоисключающих параграфов, что только добавляет популярности.

[править] Ссылки

Ссылка у Губермана была одна — в Сибирь в 80-е годы, пять лет за самиздат (наркотики и иконы).

Игорь Губерман. Смех над отчаяньем

«Вы Губерман или просто гуляете?» – как-то спросили его в Одессе. Впрочем, эту легенду поэт Игорь Губерман вполне мог и сочинить: это было бы в его стиле. Но совсем недавно подлинного гуляющего Губермана впервые можно было встретить в Ульяновске.

«Люблю города, где остались старые особняки. Всегда смотрю прежде всего на то, до чего чудом не дотянулась советская власть», – сказал он журналистам накануне своего ульяновского концерта, который состоялся 25 ноября.

До него самого советская власть дотянулась в 1979 году, сфабриковав обвинение в скупке краденых икон. Ему отомстили за то, что он оказался давать показания против редактора журнала «Евреи в СССР». Дали пять лет. «Я благодарен властям, которые меня посадили: было интересно», – с вызовом говорит он сегодня. В 1988 году Губерман с женой уехали в Израиль, опять же не без толчка со стороны властей. Но с тех пор пуповину со страной Губерман, по его словам, не перерезал.

«Интересуюсь российским делами и каждое утро отравляю себе рабочий день тем, что смотрю некоторые сайты, – говорит он. – Раз в полгода приезжаю в Россию, объезжаю с концертами десяток городов. Остаюсь россиянином, при этом я – израильтянин».

О там, как он пришел к свой афористичной форме стиха, автор говорит с юмором: «Я понял, что длинный стих не прочитаешь в компании друзей, кто-нибудь перебьет и начнет говорить тост, а четверостишие – можно!» Губерман – человек-жанр, поэтому есть большой соблазн сравнить его «гарики» с рубаи Омара Хайяма.

«Был такой драматург Алексей Файко, я с ним дружил и как-то прочитал ему пять-шесть своих стишков, он сказал: «Да ты же Абрам Хайям!» – рассказывает Губерман. – А в Википедии потом наврали, что у меня был такой псевдоним».

Хотя Губерман по форме близок Хайяму, разница между ними есть. Хайям прошел через века, поскольку символичен и универсален. Губерман при мощной афористичности более приближен к реалиям, той же советской жизни. Он конкретен, брутален и несдержан, не стесняясь, использует неподцензурную лексику, а всех, кто его за это упрекает, называет ханжами. Хайям утешает, Губерман, напротив, лишает иллюзий, подталкивает к краю бездны, но на самом краю подхватывает под локоток и предлагает вместе посмеяться над шуткой, которую придумал не он, а сама жизнь. Каждый гарик Губермана – это маленький поэтический катарсис, «смех над отчаяньем». При этом автор безжалостно иронизирует прежде всего над собой:

В своих ответах на вопросы журналистов Губерман так же лаконичен, как в своих стихах. Самый длинный ответ был про поэта Давида Самойлова, который, после отсидки Губермана, не только пригласил его в Пярну и выбил ему прописку, но и добился снятия судимости.

«Я ему очень благодарен, – говорит Губерман. – Он был сложным человеком, резким в суждениях. Мы как-то весь вечер с ним спорили, после чего он не выдержал и сказал: «Убирайся в свой Израиль!» Он был ужасный государственник, как, кстати, многие большие поэты. Когда уезжал его друг Толя Якобсон, удивительный и неоцененный талант, Давид Самойлович его ужасно поносил. Когда меня посадили, он тоже сказал: если живешь в стране, надо соблюдать ее законы. Умен был необыкновенно. Если бы не атмосфера вокруг, он бы написал лучше того, что написал».

Начав читать гарики Губермана, трудно остановиться, как трудно оторваться от хорошо прожаренных семечек. Так же быстро, по ощущению, прошел и его концерт. 83-летний поэт читал стихи про выпивку и про политиков, про евреев и про Россию, про женщин и про семью, сдабривая все это анекдотами и фактами своей нестандартной биографии. В каждом его шутливом четверостишии всегда есть серьезное зерно, универсальный посыл. Сравнится ли он в этом с Хайямом? Об этом можно будет судить через несколько сотен лет. И уже не нам.

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: