Арас Агаларов – отзывы, мнение, рейтинг

Арас Агаларов: «Провала 1991 года можно было бы избежать»

«Торговали всем одновременно»

Когда началась перестройка, я учился в аспирантуре. Не помню конкретного момента, когда я вдруг почувствовал эту свободу. Но мне запомнилось, как мы сидели в узком кругу друзей, и я сказал, что все, что вчера было незаконным, завтра станет законным. Можно будет легально зарабатывать. Никто не понял, о чем я говорю. У каждого были друзья, которых за $300 посадили на 5 лет, или дали 10 лет за то, что кому-то что-то продал. А по-мелкому этим занимались практически все. Купил себе двое джинсов — одни продал. Если ты хотел хорошо выглядеть, надо было как-то крутиться.

Я понимал, что все радикально изменится. Появилось свежее направление, где ты мог делать то, что считаешь нужным, быть свободным художником. Это было главным достижением перестройки. Раньше ведь все было очень жестко: либо ты ученый, либо деятель искусств, либо партийный функционер. У меня было много знакомых партийных деятелей, я сам работал освобожденным председателем профсоюзного комитета. Но это было мне в тягость. Все варианты продолжения карьеры, вроде работы в НИИ или написания докторской диссертации, — все было притянутым за уши.

Бизнесом я начал заниматься в 1988 году. Первый кооператив мы назвали «Шафран». Потом это перевели на английский язык, и получился «Крокус». Все кооперативы тогда были торгово-закупочные, других почти не было. Мы торговали всем одновременно. В то время в магазинах были пустые прилавки. В огромном гастрономе продавались только трехлитровые баллоны с мочеными помидорами, березовым соком и минеральная вода типа боржоми — все. А мы привозили из Азербайджана, где у меня были знакомые, персики, гранаты, дыни, арбузы. Приходила десятитонная машина, мы ее развозили по 10 универсамам в Новых Черемушках и потом просто собирали деньги. Самолетами отправляли в Москву свежую зелень. Люди утром собирали ее с грядок, все это загружалось в самолет, из аэропорта сразу везли на рынок.

Потом появились компьютеры, и мы стали торговать техникой. Хватались за все. Даже продавали метлы, которыми подметают дворы. Москва скупала их грузовиками. Сколько привезешь грузовиков — столько и купят. Попутно выяснилось, что пользуются спросом матрешки, шкатулки, хохлома, павловопосадские платки — мы тоже все это стали покупать и продавать, частично в дьюти-фри. Кстати, из этого направления получился вполне большой бизнес.

«Этих плащей я продал миллион штук»

Потом стало понятно, что нужно определить приоритетные направления. Мы сконцентрировались на выставочной деятельности (в 1990 году провели первое мероприятие, выставку «Комтэк») и на продаже обуви. В СССР всегда были проблемы с этим сегментом, к тому же у нас были к тому времени надежные партнеры в Китае. Мы продавали обувь эшелонами по всей территории СССР, за каждый контейнер шла война — кому он достанется из перекупщиков.

Тогда же я сам спроектировал легкий плащ, назвал его «Аль Капоне». Плащ был такой, что хоть сам носи. Этих плащей я продал миллион штук, хотя была одна модель только черного цвета.

Я бы не сказал, что много людей в то время пошло в бизнес. Некоторые еще верили в 1990 году, что все могут отобрать. Да, количественно кооперативов становилось все больше, но на самом деле ни у кого не было денег, все шло очень тяжело. Невозможно было найти помещение, сложно было получить регистрацию. Большинство расценивало это как возможность временного приработка. Никто не бросал свое директорское кресло в НИИ, чтобы пойти в кооператив. Кстати, люди первой волны кооперативного движения куда-то рассосались.

Лично мне в бизнесе мешало советское воспитание. «Мохнатые капиталисты», как мы их называли, если ты что-то неправильно подписал или не понял, выжмут из тебя все соки. Они так и говорят: «Бизнес — ничего личного». Люди советского периода были воспитаны так, что даже если ты не договорил или не подписал, то, как правило, они не пойдут на то, чтобы дожать и докрутить. Или, к примеру, взяли кого-то на работу, он не справляется. Уволить неудобно, давно работает, с нами начинал, семья… Все это невозможно в рамках серьезного предпринимательства.

В то же время реально помогало советское образование, в те годы оно было достаточно основательным и фундаментальным. В аспирантуре я научился много работать. Требовались навыки самоорганизации, нужно было верно рассчитывать по времени свои проекты и усилия. Можно говорить, что нас учили старым теориям, но эти знания тоже пригождались. Понятно, нам говорили, что прав только Маркс. Но экономика она и есть экономика — спрос и предложение мы прекрасно понимали.

«С Ходорковским мы тогда немного поспорили»

Мне много приходилось общаться с чиновниками. В их среде были диаметрально противоположные тенденции. В 1991 году я попал к Юрию Петрову, руководителю администрации президента. У него была программа встречи с предпринимателями, он писал первую программную речь Ельцина, и кто-то предложил меня для консультации. Мы встречались несколько раз, Петров записывал в блокнот все, что я говорил. А потом в речи Ельцина были целые абзацы, взятые из наших разговоров.

Тогда же я попал к Петру Авену, в то время он был министром внешнеэкономических связей. Мы общались c Петровым, и он мне говорит: «Зайдите к Авену, он пишет постановление о либерализации внешнеэкономической деятельности, было бы интересно услышать ваше мнение».

Я пошел. В огромном кабинете сидит Петр Авен, у него написано два абзаца, смысл которых — всем разрешить все. Я говорю: «Если всем разрешить все — то на Красной площади будут помидорами торговать. Должно быть регулирование. У вас хлеб завтра подскочит до 100 руб. с сегодняшних 20 коп.!» Я сказал, что не очень согласен, и ушел.

Тогда меня послали к Ивану Силаеву, председателю совета министров РСФСР, впоследствии председателю Межгосударственного экономического комитета. Он говорит: «У нас будет приватизация. Есть какие-то идеи?» Я сказал, что, на мой взгляд, приватизация будет антинародной акцией. Любой, кто приватизирует завод, уволит 90% персонала. Начнутся народные волнения. Вам ведь нужен собственник, а не деньги. Оценивайте предприятие так: это пятилетняя зарплата тех, кто там работает. Покупатель вносит на счет казначейства эти деньги — и у вас гарантированная пенсия тем, кого могут сократить. Люди не пойдут тогда закидывать камнями Белый дом.

Силаев пригласил меня на следующий день, когда эта идея обсуждалась с Михаилом Ходорковским, который, как выяснилось, сидел этажом ниже. С Ходорковским мы тогда немного поспорили. Он считал, что при моей схеме можно будет купить всю страну — это очень дешево. Я говорил, что есть предприятия, где работают по 10 и 50 тыс. человек. Это большие деньги. К тому же если новый владелец внесет деньги по такой схеме, а не получит предприятие по залоговому аукциону, как было сделано в результате, то это не будет вызывать никаких протестов у самих рабочих. Эта идея не прошла.

Читайте также:
Раввин Яков Джан - биография, личная жизнь, фото, видео

«Очевидно, Союз можно было сохранить»

Перестройку надо было делать по-другому, потому что объявили перестройку, подняли волну, но реальных изменений не происходило. Коммунистическая партия слишком боялась. Она понимала, что надо что-то делать, но что именно, не очень представляла. Как идею коммунизма совместить с частной собственностью — это был такой ребус.

В приватизацию надо было отдавать сельхозпроизводство, легкую промышленность и бытовку — тогда провала 1991 года можно было бы избежать. Удалось бы намного больше, если бы СССР не был развален. Если бы сохранили в госсобственности тяжелую промышленность, нефть, газ, если бы сохранили плановое хозяйство для этого сектора экономики. Ведь государство с этим неплохо справлялось. И был бы становой хребет, вокруг которого надстраивалась бы частная собственность.

Многие считают, что развал Советского Союза был объективной необходимостью, но я не согласен. Очевидно, что Союз можно было сохранить. Отвалившиеся республики даже не очень понимали, зачем они отвалились и что они будут делать дальше. Это был искусственное мероприятие. Горбачев был у власти слишком нерешительным, хотел казаться перед всем миром либералом, но не понимал, в какую сторону грести. Надо было действовать тогда, когда государство еще не потеряло систему управления. И такой катастрофы, как была в 1991 году, не произошло бы.

Арас Агаларов:Пенсии и зарплаты должны быть выше. Если не будут покупать товары – какой смысл выпускать их больше?

3 января 2020 12:42

– Арас Искендерович, ровно год назад мы с вами говорили о прогнозах на 2019-й.И, в принципе, ваше пожелание – чтобы курс доллара стабилизировался, чтобы рубль укрепился – оно же сбылось.

– Вот сейчас какие у вас виды – на новый год, на 2020-й? Что будет с долларом, с рублём, с евро?

– В принципе, я думаю, такая же стабильность, которая была в 2019-м – сохранится и в 20-м.

Единственное, где у нас сегодня перекос. Это – налоговая нагрузка, она невыполнима для экономики. То есть – нагрузка эта очень высокая.

– Если можно – подробнее и понятнее – для простых людей.

– У нас налоговая инспекция сегодня очень хорошо начала справляться с обязанностями и практически все законы выполняются, все налоги, которые, в общем-то, востребованы в стране, они собираются. Механизм, который удалось отладить, смог это обеспечить.

– Так.

– И все это привело к тому, что – строгость российских законов, которая раньше, скажем так, компенсировалась (то есть – уменьшалась, снижалась. – А.Г) необязательностью их выполнения, сегодня зашкаливает, она просто необоснованна.

То есть, налоги очень высокие. Очень. И не остаётся денег ни на какое развитие.

Поэтому – здесь должно быть двустороннее движение к решению этой назревшей проблемы. С одной стороны – администрирование должно так же усиливаться, как это было в прошлые годы, а с другой – налоговая нагрузка постепенно должна снижаться. Тогда мы подойдём к какой-то цифре, когда дальнейшее снижение налогов не будет приводить к увеличению поступления в бюджет.

Но, я предполагаю, что это может быть в 21-м – 22-м годах.

Потому что, если мы каждый год будем на 1 процент снижать налоги, то поступления в бюджет все равно будут расти.

– Это так, да.

– А налоговая служба их собирает достаточно успешно.

– Это я понял. Но вернёмся все же к рублю и доллару. Значит, будем надеяться, что с долларом, как вы и прогнозировали, будет все в порядке – его курс останется стабильным. Плюс – стабильный рубль, стабильное евро – в этом году все сохранится. Да?

– Мне кажется, что – да.

– Какой курс доллара будет? И будет ли он плавать?

– Плавать не будет, курс будет такой же.

– То есть – рубль останется твёрдым.

– В районе 60 рублей за доллар.

– Да. Ну, может, конечно – если правительство у нас не решит для себя, из каких-то соображений, девальвировать национальную валюту – то есть, если не ослабит её. Ну, если оно само не решит. А так – объективных причин – для того, чтобы ослаб рубль – нет.

– Понятно. Ну, я не знаю, вы в курсе – нет? Сегодня ваше интервью цитируют – журналу “Форбс».

– Вот. И здесь пишут:

Арас Агаларов заявил, что из-за низких зарплат и пенсий рост экономики в России становится невозможным. И – прямая цитата: “Средняя пенсия в стране сегодня в районе 200 долларов (около 13 тысяч рублей. – Ред.), у некоторых даже меньше, средняя заработная плата тоже низкая”. И, по словам Агаларова, без увеличения доходов населения невозможно нарастить производство, потому что выпущенные товары и услуги некому будет продать. Вот как-то немножко непривычно из уст миллиардера – бизнесмена, предпринимателя – такое слышать. Как бы вы это объяснили? – Ну, дело в том, что – понимаете – все товары и услуги, которые производятся и предоставляются в стране, они должны быть кем-то куплены. Но, если денег на эту покупку не хватает, дальнейшее наращивание производства бессмысленно просто. Эта аксиома абсолютно понятна. Есть же понятие совокупного спроса. Денег, которые мы в виде заработной платы получаем внутри страны, недостаточно для того, чтобы оплатить все товары и услуги, которые здесь производятся. Поэтому без наращивания фонда заработной платы дальнейшее увеличение производства . невозможно.

– Ну, и, как вы думаете – будет это увеличение зарплаты? Должно быть?

– Я думаю, что будет. Должно быть. Должно быть.

– Скажите, пожалуйста, а в ваших подразделениях с этим как? В новом году. Вы будете повышать?

– Мы ждём общей тенденции. Мы не можем, в отрыве от страны, сами в рамках одной организации повышать заработную плату. Потому что наша зарплата зависит от нашей выручки, а наша выручка – от заработной платы всей страны. Это взаимосвязанные вещи.

– Ну, и обычно мы с вами советуем нашим гражданам – в какой валюте хранить свои средства – в рублях, долларах, евро? На что тратить?

– Сегодня понятно, что – в рублях. Потому что рубль укрепляется, это достаточно твёрдая валюта.

А на что тратить? Ну, на что хватает. У каждого – как бы свои возможности, поэтому и тратить надо – в меру этих возможностей.

Читайте также:
Александр Усик, биография, спортивные достижения

– Он будет стабильным, этот год?

– Экономика любой страны, в том числе и Российской Федерации, достаточно инерционна. Поэтому те решения, которые мы – когда я говорю мы, я имею ввиду правительство страны – примем в этом году – не факт, что они сработают в 2020-м. Могут они заработать в следующем, или через год. Но – чем раньше эти решения будут приняты, тем лучше.

– Это касается, в том числе, и того, о чем мы.

– Пенсий и заработной платы.

– И – налоговой политики.

– Понятно. Спасибо огромное. Удачи вам и вашему коллективу.

– Спасибо. До свидания.

Читайте также

Возрастная категория сайта 18 +

Сетевое издание (сайт) зарегистрировано Роскомнадзором, свидетельство Эл № ФС77-80505 от 15 марта 2021 г. Главный редактор — Сунгоркин Владимир Николаевич. Шеф-редактор сайта — Носова Олеся Вячеславовна.

Сообщения и комментарии читателей сайта размещаются без предварительного редактирования. Редакция оставляет за собой право удалить их с сайта или отредактировать, если указанные сообщения и комментарии являются злоупотреблением свободой массовой информации или нарушением иных требований закона.

АО “ИД “Комсомольская правда”. ИНН: 7714037217 ОГРН: 1027739295781 127015, Москва, Новодмитровская д. 2Б, Тел. +7 (495) 777-02-82.

Арас Искендер оглы Агаларов

Фото Все

Видео Все

Бизнес-секреты: Арас Агаларов

Президент Crocus Group Арас Агаларов рассказал о развитии строительного бизнеса

Арас Агаларов. Временно доступен

Арас Агаларов — биография

Араз Агаларов на сегодня является одним из самых влиятельных российских предпринимателей азербайджанского происхождения. Владеет компанией Крокус Групп и долгие годы занимает пост ее президента. Его имя уже давно находится в рейтинге издания Форбс среди двухсот самых богатых российских бизнесменов.

По мнению одного из самых богатых российских бизнесменов Араза Агаларова, успешный предприниматель должен обладать недюжинной интуицией и иметь большую силу воли. Бизнес Агаларова разрастается с каждым годом, и его империя достигла уже небывалых высот. Совсем недавно он стал владельцем первого в России гипермаркета, а сейчас он имеет в собственности комплекс Крокус Сити, расположенный вблизи Рублевки. Именно он стал местом проведения «Ярмарок миллионеров», и прославил Араза на весь мир.

Образ влиятельного бизнесмена

Араз Агаларов представляет собой солидного аристократа, модно одетого и ухоженного. На его руке красуются платиновые часы известного бренда, а на лице постоянная лучезарная улыбка. Он источает уверенность и благополучие, присущее настоящим аристократам. Его называют королем российской недвижимости.

Араза Агаларова знают как владельца крупной корпорации Crocus Group и отца известного певца Эмина. Он обладает врожденным вкусом, ему присущи изящество и роскошь, которые он переносит на все свои объекты.

Арас Агаларов

Стоит только посмотреть на его владение «Крокус-Сити Молл», которое окружают экзотические растения и журчащие ручейки. Только в этом здании открыты почти две сотни бутиков, предлагающих покупателям мировые бренды.

В этом здании все отделано хрусталем и мрамором, птицы поют райскими голосами, и создается впечатление, что ты действительно в каком-то сказочном месте, куда не стыдно пригласить даже самых привередливых покупателей, в том числе и иностранцев. Этот комплекс обошелся Агаларову в кругленькую сумму — $100 миллионов.

Араз является еще и владельцем ресторанов японской кухни Nobu, которые он открыл после согласования с Робертом де Ниро, которому принадлежит этот бренд. Такого успеха не достиг ни один из известных отечественных рестораторов.

Миллиардер всегда ориентируется на престижный сегмент, он считает это основой своего бизнеса. К самым рентабельным вложения бизнесмена можно смело отнести гипермаркеты под названием «Твой дом», торгующие всем необходимым для ремонтных работ и предметами интерьера. Каждый день их посещают несколько сотен тысяч покупателей, и это способствует росту процветания и благополучия его владельца.

Кроме деятельности на рынке недвижимости Агаларов и его компания охотно сотрудничают с государством, им часто достаются господряды.

Компания Агаларова занималась строительством Дальневосточного федерального университета на Русском острове, возводила мост на тот же остров, строила станцию метрополитена «Мякинино». Положил Агаларов в свою копилку и два стадиона в городах Калининград и Ростов-на-Дону, которые открылись накануне ЧМ по футболу. Его компания строила первый пусковой комплекс на Центральной кольцевой дороге.

Миллиардер не любит работать в партнерстве с другими бизнесменами, предпочитает действовать в одиночку и рассчитывать исключительно на себя.

Он понимает, что с партнером нужно будет обсуждать планы, идти на какие-то уступки, искать компромисс в том или ином вопросе, а он так не привык. Ему нравится работать по своему усмотрению, так, как подсказывает его интуиция и предпринимательское чутье.

Агаларов считает что бизнес – это в первую очередь возможность воплотить свои мечты и идеи, а потом уже средство сколотить капитал. Он говорит, что идеи к нему приходят по ночам во сне, даже придумывать ничего не нужно.

Несмотря на его отказ работать в команде, Агаларов пользуется уважением коллег по бизнесу и у представителей властей, которые оказывают помощь в развитии его бизнеса.

Однако биография миллиардера не всегда была такой безупречной. Иногда в СМИ появляются публикации, в которых ему предъявляют обвинение в связях с криминальным миром, и не всегда честном финансировании его идей и проектов.

Сам бизнесмен считает это нормальным, потому что у тех, кто работает, обязательно есть какие-то проблемы и разбирательства.

Впервые имя Араза Агаларова появилось в рейтинге журнала Форбс в 2006 году, и на протяжении стольких лет занимало там прочные позиции. Исключением стал только кризисный 2009 год. В 2017-м он оказался на 51-й позиции рейтинга двухсот самых богатых российских бизнесменов, его состояние тогда оценивалось в $1,7 миллиарда.

Детские годы

Родился Араз Агаларов 8 ноября 1955 года в столице Азербайджана Баку. Он рос веселым беззаботным мальчиком, как все посещал детский сад и школу. Учился легко, уроки делать не любил, и частенько приходил в школу даже без портфеля, чем выводил из себя строгих учителей.

Арас Агаларов в молодости

Тем не менее, он был очень умным и эрудированным, и считал, что эти способности передал ему отец, разбирающийся практически во всем. Отца не стало, когда Аразу было всего 14, однако память о нем он сохранил на всю жизнь, и считал его неоспоримым авторитетом. Все, что хотел сказать отец, было написано у него на лице, поэтому иногда не нужно было никаких слов.

Способности к бизнесу Араз перенял от отца, предки которого были родом из Шемахи, и в свое время торговали мануфактурой. Они наладили поставки товара из разных стран, кроме России товар поступал из Китая и Ирана. Обо всем этом Араз узнал от своей бабушки по отцовской линии.

Читайте также:
Генри Сардарян - биография, образовательная, научная и общественно-значимая деятельность

Карьера

После окончания школы в 1972 году Агаларов стал студентом Бакинского политеха. После этого он учился в профсоюзной школе, окончил аспирантуру, защитил диссертацию связанную с экономикой предприятий связи, и даже отправился в Штаты, где прослушал курс лекций о формировании бизнеса. У него осталось мнение, что образование, полученное на родине, не очень помогло ему в жизни, поэтому бизнесмен доволен, что в свое время уехал в США, и смог наверстать упущенное.

Арас Агаларов с Дональдом Трампом

Когда у него подросли собственные дети, он решил не тратить их время на советское образование, а сразу отправил в США. Сыну тогда было 12, дочери всего 6.

Трудовая биография Араза Агаларова началась в 1977-м, когда он поступил на работу в бакинский НИИ. В 1988-м он получил должность младшего научного сотрудника в ВЦСПС в столице.

Бизнес

В 1987-м Агаларов создал свой кооператив «Шафран», который занимался экспортом русских сувениров на запад. Вскоре у него появились импортные компьютеры, и никто так и не узнал, на какие деньги они приобретались.

Спустя два года Агаларов уже открыл российско-американскую компанию «Крокус-Интернешнл», впоследствии переименованную в Crocus Group. И опять нет сведений об источниках ее финансирования.

Арас Агаларов владелец Crocus Group

В 1990-м бизнесмен стал организатором первой международной выставки компьютеров и технологий, используя для этого арендованные помещения. Бизнесмен понял, что начались новые времена, и все стремятся к компьютеризации. Поэтому у него возникла мысль об организации такой выставки в России.

В 1995-м его выставка заняла третье место среди мировых аналогов по размаху и значимости.

Однако не это стало началом для сколачивания капитала. Взоры Агаларова были прикованы к Черкизовскому рынку, часть которого принадлежала ему с недавнего времени. Араз начал не только сколачивать капитал, но и обрастать нужными знакомствами, причем не только среди бизнесменов, но и в криминале. В это же время среди его знакомых появились Год Нисанов и Зарах Илиев, с которыми впоследствии он будет иметь общие дела.

Agalarov House в Москве

В 1997 году Араз начал строительство элитного жилого комплекса Agalarov House, в одном из престижных районов столицы.

Спустя десять лет бывшего профсоюзного лидера и торговца русскими сувенирами уже было не узнать. Он стал одним из крупнейших отечественных бизнесменов.

Крокус Групп сегодня

Араз Агаларов сам себя считает дирижером, который лишь выполняет контроль за производственными процессами. Он добивается, чтобы работа была слаженной, а результат поражал красотой и изяществом.

В качестве режиссера он отлично справился со своей компанией Crocus Group, превратив ее в успешную и богатую империю. В 2016-м возглавляемая им компания оказалась на 172 месте среди двухсот российских частных компаний. Ее капитал насчитывал 39,7 миллиарда рублей. В рейтинге издания Форбс среди королей российской недвижимости он находится на 11-й позиции.

Сам бизнесмен считает, что настоящего успеха можно достичь только благодаря системному подходу. Когда бизнес развивается в одной сфере, то смежные направления «подтягиваются» автоматически. Это в должной мере продемонстрировали его проекты:

  • Крокус Сити. Это комплекс, состоящий из развлекательных, торговых, выставочных и бизнес площадей, который раскинулся в подмосковном городе Красногорск.
  • Крокус Экспо. Представляет собой международный комплекс для проведения выставок и презентаций, в него входят три павильона и сорок девять конференц-залов.
  • Концертный зал Крокус Сити Холл. Носит имя друга Агаларова – певца Муслима Магомаева.
  • Торговый комплекс Крокус Сити Молл. Настоящий эксклюзив, состоящий их двух сотен бутиков по торговле мировыми брендами.
  • Загородное поместье, в котором имеется несколько полей для гольфа, лодочный причал, крытый спорткомплекс, несколько ресторанов и спа-салонов.
  • Поселок на Каспийском море, состоящий из семи десятков резиденций, сорока таунхаузов и частных апартаментов.
  • ТРК VEGAS-City, представляющий собой шопинг-молл в комплекте с парком экстремальных аттракционов.
  • Гипермаркеты «Твой дом». Комплекс круглосуточных магазинов, предлагающих своим клиентам товары для ремонта и дизайна, мебель, товары для сада и даже гастрономию.

Личная жизнь

Свою жену Ирину Араз Агаларов знал с юных лет. Она училась в педагогическом институте, он в политехе. Поженились перед самым получением дипломов вуза, и с тех пор не расстаются.

У Ирины тоже есть свой бизнес, она владеет двумя московскими салонами красоты «Оливия», и несколькими бутиками, в которых покупательницы могут найти изделия из эксклюзивного меха.

Арас Агаларов с женой Ириной

В этом браке у бизнесмена родилось двое детей – сын Эмин, ставший известным певцом и бизнесменом и дочка Шейла. Он очень гордится своими детьми, и говорит, что они превзошли даже самые смелые его ожидания.

Сын состоялся как музыкант, в 2014-м был номинирован на награждение «Золотым граммофоном». Его женой была старшая из дочерей азербайджанского президента Лейла Алиева. У них родились сыновья-близнецы, кроме этого в семье подрастала приемная дочь.

Арас Агаларов с сыном Эмином

У Эмина тоже проявились способности к бизнесу, поэтому он стал первым вице-президентом Крокус Групп и выполняет свои обязанности на отлично.

Араз Агаларов старается поддерживать спортивную форму, увлекается теннисом, боксом, футболом, плаванием. Сам себя считает дерзким и уверенным в своих силах.

Ссылки

Для нас важна актуальность и достоверность информации. Если вы обнаружили ошибку или неточность, пожалуйста, сообщите нам. Выделите ошибку и нажмите сочетание клавиш Ctrl+Enter .

Бег по кругу: как миллиардер Агаларов спасает бизнес и зачем берет господряды

Начало июля 2021-го в столице и Подмосковье выдалось непривычно знойным, дорожная пыль в густом раскаленном воздухе не лучшее сопровождение самой высокой делегации. Владимир Путин, сев в президентский лимузин, надел солнцезащитные очки — за рулем Aurus глава государства инспектировал Центральную кольцевую автодорогу. Добравшись до центрального пункта управления трассой, Путин в окружении высших чиновников запустил по ней движение.

Поодаль, почти не замеченный федеральными СМИ стоял Араз Агаларов # 100 . Ради встречи с президентом миллиардер две недели провел в заточении в гостинице «Арбат» — карантин был обязательным условием. Принадлежащая Агаларову Crocus Group построила заключительный участок дороги ЦКАД-1, замкнувший кольцо. Участие в проекте принесло Агаларову, чей бизнес переживает непростые времена, несколько миллиардов рублей убытков. В 2020 году выручка компании составила 74 млрд рублей.

Бетонная аргументация

Проект строительства новой дороги по контуру «первой бетонки», проложенной в целях противовоздушной обороны в 1950–1960-х годах примерно в 50 км от Москвы, был утвержден еще в 2001 году. Модернизированная трасса должна разгрузить МКАД и подмосковные дороги от транзитных грузовиков. Как это часто бывает, срок реализации крупного инфраструктурного проекта неоднократно переносился, а стоимость многократно возросла.

Изначально планировалось, что строительство дороги начнется в 2006 году, завершится в 2011-м, а его бюджет составит около 95 млрд рублей. Официальное открытие ЦКАД состоялось 8 июля 2021 года. Протяженность трассы составляет 336,5 км, затраты на нее превысили 340 млрд рублей. На строительство ЦКАД-1, помимо Crocus Group, претендовали АРКС (25% принадлежало «Стройтрансгазу» Геннадия Тимченко # 6 ) и «Стройгазконсалтинг» (тогда компанией владели Зияд Манасир # 140 и Руслан Байсаров # 187 ).

Читайте также:
Сахиб-Гареева Ксения Маратовна: карьера и личная жизнь - биография, личная жизнь, фото, видео

У Агаларова на тот момент не было опыта строительства дорожных объектов такой сложности. «В день подачи заявок на участие в ЦКАД-1 мы толкали по коридору тележку с несколькими коробками бумаг. Заявка Агаларова состояла из одной папочки», — вспоминает бывший сотрудник АРКС. В итоге контракт получил «Стройгазконсалтинг», но выполнить его не смог. И «Автодор» перепоручил проект Crocus Group. АРКС, вначале пытавшаяся оспорить результаты конкурса, к тому моменту уже потеряла интерес к первому отрезку — компания стала подрядчиком строительства ЦКАД-5. «Проект сложный, но я люблю сложные проекты, вы знаете, поэтому нам его делать интересно. Мы планируем закончить к 2018 году», — говорил тогда Агаларов на канале «Россия 24».

Crocus Group пришлось столкнуться со многими проблемами. Первой стала необходимость переустройства инженерных коммуникаций, их на первом участке оказалось больше, чем на других сегментах ЦКАД. Была и бумажная волокита: пока проект реализовывался, часть дороги вошла в состав Новой Москвы, из-за чего изменились технические условия, пришлось переделывать документацию, объясняет глава «Автодора» Вячеслав Петушенко. На ЦКАД-1 расположено 24 газопровода, девять из них магистральные, их должен был переложить госзаказчик.

Эти работы были завершены только к концу 2020 года. Кроме того, на участке было необходимо возвести 50 мостов разной сложности. В итоге Crocus Group пришлось построить 25 км дорог и 23 моста за шесть месяцев при нормативных сроках строительства 15–18 месяцев. «Очередной героизм, и, естественно, денег, как обычно, не хватало», — говорит Агаларов. Необходимость возведения мостов не только затянула строительство, но и чуть не окончилась плачевно для строительного бизнеса Агаларова.

В феврале 2019 года Счетная палата заявила, что проект не будет реализован в срок, и вскоре глава «Автодора» Сергей Кельбах был отправлен в отставку. В июле против него было возбуждено уголовное дело. Чиновника подозревали в превышении полномочий, в том числе при перечислении аванса Crocus Group. В декабре 2019 года «Автодор» подал иск уже к Crocus Group.

Камнем преткновения стал аванс на 9 млрд рублей, из которых 1,8 млрд рублей ушло на оплату НДС, а на остальные деньги Crocus Group заказала мостовые сооружения у завода «Курганстальмост», рассказывает Агаларов. По его словам, он специально так сделал, понимая, что стоимость металла будет расти, и оказался прав. «Получилось, что мы весь аванс потратили на НДС и заказ мостовых сооружений. Дальше дорогу было строить практически не на что, требовались дополнительные авансы», — говорит, разводя руками, Агаларов. В итоге правительство поддержало бизнесмена, и иск был отозван.

Из-за растянувшихся сроков стоимость материалов выросла многократно. Цены на строительную продукцию за последнее десятилетие в среднем росли почти на 5,5% ежегодно, по данным Росстата. «Проблема не только ЦКАД, а вообще строительной отрасли заключается в том, что сметы составляются и проходят экспертизу сегодня, а стройка идет три-четыре-пять лет. И вместо заработка, как правило, получаются потери», — сетует Агаларов. Изначально цена контракта на строительство ЦКАД-1 составляла 48 млрд рублей, из них 6,8 млрд должна была вложить Crocus Group (собственных или кредитных).

В 2019 году стало ясно, что денег не хватает, и правительство добавило 10% на случай удорожания работ. Стоимость контракта выросла до 52 млрд рублей. Crocus Group в итоге, по словам Агаларова, потратила 55 млрд рублей. «Когда проект начинался, мы чисто арифметически посчитали, что все нормально должно быть, и согласились», — уточняет бизнесмен. «В докрымский период госконтракты были выгодны не с точки зрения престижа, будущего пиара и получения каких-то новых контрактов и преференций, а именно с точки зрения зарабатывания здесь и сейчас», — говорит один из участников рынка. Строительство стало гораздо менее прибыльным, признает участник списка Forbes, занимающийся этим бизнесом: если 10 лет назад срок окупаемости составлял семь-восемь лет, то сейчас — 20 лет.

Восточный партнер

В сентябре 2020 года Владимир Путин общался по видеосвязи с победителями конкурса «Лидеры России». «Я, когда приезжаю к вам, не могу не испытывать чувство восторга, когда смотрю, особенно вечером, на университет. Когда подъезжаешь, смотришь через мост. » — обратился глава государства к победителю с Дальнего Востока. Приятными переживаниями Владимир Путин обязан Аразу Агаларову: строительство Дальневосточного федерального университета (ДВФУ) стало его первым господрядом.

В мае 2009 года Crocus Group распоряжением Путина была назначена единственным подрядчиком по строительству объектов университета и конференц-центра на острове Русский во Владивостоке. В рамках проекта было построено 500 000 кв. м: учебные корпуса, административные здания, общежития, модернизирован аэропорт. Как насчет прибыли? В 2015 году Crocus Group подала в суд на Минфин, потребовав возместить убытки от стройки во Владивостоке. Весной 2016 года власти выплатили Crocus Group 1,1 млрд рублей. «Агаларов ничего на этом не заработал. Абсолютно политический проект, он ввязался, потому что Путин попросил», — говорит его знакомый.

Впоследствии Crocus Group построила два стадиона к чемпионату мира по футболу 2018 года в Калининграде и Ростове-на-Дону, станцию метро «Мякинино», здание «Технопарка» по заказу Сбербанка в инновационном центре «Сколково», аэропорт в Петропавловске-Камчатском, больницу на Камчатке. «Я эти стройки расцениваю как портфолио. На сегодня фактически мы строили абсолютно все — дороги, больницы, университеты, концертные залы, выставочные центры, торговые центры, мосты. Мы специалисты широкого профиля», — говорит Агаларов. В начале 2020 года Crocus Group заключила с «Роскосмосом» контракт на строительство первого этапа аэропортового комплекса на космодроме «Восточный». По словам Агаларова, существенных денег на госпроектах он не заработал (максимальная прибыль — 800 млн рублей).

Представители государства сотрудничеством с Агаларовым довольны. «Эмоциональность большая всегда присутствует, очень глубокая проработка, профессиональный подход. Надежный партнер и солидный застройщик», — отзывается о нем руководитель «Дом.РФ» Виталий Мутко. Он был министром спорта, когда миллиардер строил стадионы для ЧМ. Почему такие проекты поручают Агаларову? Зачастую подрядчиков, способных построить объекты такого масштаба, просто нет.

По оценке директора Института экономики транспорта и транспортной политики НИУ ВШЭ Михаила Блинкина, для участия в строительстве крупных инфраструктурных объектов компания должна на протяжении нескольких лет иметь обороты не менее $1 млрд в год, это необходимо в том числе для обслуживания лизинговых платежей за оборудование, минимально необходимое для вхождения в такие проекты. Один из проектов Агаларова — больница на Камчатке. Премьер Михаил Мишустин не нашел среди местных строителей подрядчика и поручил возведение объекта Агаларову. «Мне затем министр строительства Ирек Файзуллин сообщил: ты знаешь, остановились на тебе, решили, что надо Агаларову поручить», — говорит бизнесмен.

Читайте также:
Биография Курбаншо Ардашер Ермамедович

Об отношениях с представителями власти Агаларов говорит неохотно: «Дружить с власть имущими — это всегда быть на первых страницах всех Telegram-каналов. Я обычно начинаю со всеми дружить после того, как их снимают с работы. Как правило, когда человека увольняют с работы, с ним уже никто не хочет общаться, а у меня как раз появляется время поговорить по душам». Хотя он не скрывает, что хорошо знаком с Аркадием Ротенбергом, конкурентом в строительном бизнесе, одним из крупнейших гос­подрядчиков и давним другом Владимира Путина.

Поражение вирусом

Господряды, пусть даже с нулевой рентабельностью, позволяют строителям загрузить имеющиеся мощности и продержаться на плаву в кризис. Пандемия коронавируса мощно ударила по бизнесу Агаларова в целом. От ограничений пострадали почти все направления деятельности Crocus Group. В состав холдинга входят концертные залы «Крокус Сити Холл» и Vegas, выставочный комплекс, торговые центры, например три ТРЦ Vegas на МКАД, объекты в сфере спорта и развлечений, холдинг «Жара».

У компании были большие планы: на территории «Крокуса» Агаларов собирался построить офисный центр площадью 138 000 кв. м и 300 000 кв. м жилой недвижимости. Программу развития комплексов Vegas и «Твой дом» в регионах пришлось заморозить из-за текущей ситуации и высокой налоговой нагрузки. Предприятия Агаларова пострадали в разной степени.

Посещаемость торговых центров упала, по его словам, на 20–30%, магазины «Твой дом» вообще не закрывались на карантин. Выставочный центр простаивал без коммерческих мероприятий. Трижды в «Крокус-Экспо» разворачивали инфекционный госпиталь для коронавирусных больных. За использование «Экспоцентра» под нужды госпиталя правительство Московской области заплатило 1,5 млрд рублей. За такое же время «Экспоцентр» обычно зарабатывает 6 млрд рублей, говорит Агаларов. «Для выставочного центра, где проводятся международные соревнования, инфекционный госпиталь… — это очень плохо, понимаете? Но это вынужденная мера, никуда не денешься», — рассуждает Агаларов.

Из-за коронавирусных ограничений Crocus Group не смогла полноценно провести фестиваль «Жара». Этим мероприятием занимается бизнесмен и певец, сын Агаларова Эмин. Миллиардер с гордостью показывает видео с празднования 65-летия звезды советской эстрады Муслима Магомаева, которое проходило в «Крокус Сити» в 2007 году. Исполнив композицию, певец представил публике «сына своего лучшего друга Агаларова Араза».

Близкое знакомство с прославленным баритоном действительно вдохновило Эмина на занятия музыкой, однако Агаларов-старший называет наследника в первую очередь бизнесменом. К сфере его ответственности относятся, помимо музыкального холдинга, центры Vegas, концертные залы, рестораны, фитнес-центры и вся городская недвижимость. «Советов он у меня не спрашивает, все делает сам — и достаточно неплохо», — считает миллиардер. Эмин говорит, что в Crocus Group он обычный менеджер и занимается теми проектами, которые поручил ему отец, а музыкой — после рабочего дня и на выходных.

Готов ли наследник принять на себя управление отцовским бизнесом? «Абсолютно», — убежден Агаларов-старший. Пока бизнес не в лучшей форме. Прибыли хватает только на обслуживание кредитов и уплату налогов, говорит Агаларов: «Когда после завершения любого объекта меня начинают трамбовать спецслужбы, я говорю: найдите мои деньги, и я вам скажу спасибо». Общая кредитная нагрузка компании составляет 120 млрд рублей, все средства получены в Сбербанке. Изначально это были долларовые кредиты, из-за курсовой разницы они сильно выросли в 2015 году и были переоформлены в рублевые.

Год назад Агаларов-младший даже был вынужден взять личные кредиты, благодаря этому им удалось сохранить бизнес и выплачивать зарплату, говорит Эмин. По мнению Агаларова-старшего, полноценного восстановления его бизнеса можно ждать после открытия границ.

«Тут не до заработков»: какой госпиталь компания Агаларовых создала за 8 дней и 900 млн рублей

«Тут не до заработков»: какой госпиталь компания Агаларовых создала за 8 дней и 900 млн рублей

“Мне создавать хочется”

Бизнесмен Арас Агаларов поговорил о личном с Ольгой Ципенюк

Рубрику ведет Ольга Ципенюк

Арас Агаларов с матерью

Фото: фото из личного архива Араса Агаларова

Про корни

Папа мой родился в Баку, а его предки родом из Шемаха, знаете, Шемаханская царица, даже у Пушкина есть, в середине XIX века это была культурная столица Азербайджана. Бабушка, папина мама, была необразованная женщина — тогда мусульманки в школу не ходили, но у нее была невероятная житейская мудрость. Рассказывала мне удивительные истории про своего отца. Ее предки торговали мануфактурой — из России везли, из Ирана, из Китая. А в Шемахе неоднократно происходили землетрясения, и одно из них разрушило склад тканей. Объемы серьезные были, поэтому поставщики приехали, чтобы понять — как будет. Видят — товар весь пострадал. Говорят: “Как станете рассчитываться?” Бабушкин отец откопал кувшин, или, там, сундучок с золотом,— все, что у него было,— и говорит: “Давайте разделим”. Поставщики были настолько потрясены, что ничего не взяли, а наоборот — увеличили кредитную линию. Поняли — если человек в этой ситуации хочет рассчитаться, то ему можно доверять. Я тоже всегда так делаю. Вот был кризис 98-го года, и мы задолжали итальянцам огромные деньги. Они готовы были на любые скидки, лишь бы я хоть что-то отдал. Я сказал: “Ваше “лишь бы” мне не надо. Заплачу сполна, только дайте время”. Тогда люди рассчитывались по 10, максимум — 20 центов за доллар, страна объявила дефолт. А мы сказали, что заплатим все, и в 2001-м отдали последние деньги.

Мама в моем воспитании сыграла огромную роль. Помню такой случай. Я встречался с девушкой, сокурсницей. И как-то она попросила ее подружку, Лену, подвезти куда-то. У меня уже была машина, “москвич”. Я подвез, оставил и поехал кататься — любил крутить баранку. Проходит буквально день, я в гостях, моя девушка звонит, причем заплаканная, просит приехать. Подъезжаю, она стоит. Иду к ней, мне вдруг заламывают руки, закидывают в “воронок” и в милицию. Я абсолютно не понимаю, в чем дело. Вокруг эта камарилья милицейская собралась: “Знаешь, что случилось?” — “Нет”.— “Должен знать”. В общем, прессинг. Собрались большой толпой, в глаза смотрят: “Ты знаешь, что Лену убили?” У меня шок, естественно. Как опытные следаки они поняли, что это не я. Но в надежде, что я что-то знаю, прессуют дальше. “Надо привезти сюда твою мать”,— а это три часа ночи. Мама к тому времени. это случилось, скажем, лет 40 назад, да? Она умерла совсем недавно, и ей было 100, значит, тогда было 60. Сердечница, давление, всегда говорила: “Арас, не уходи далеко”. И вот у меня жуткое ощущение, что к ней приедут из милиции, и она от страха умрет. Я говорю: “Можно с вами?” Еду и представляю, как выйду из “воронка” к своей старой маме — одинокой, беспомощной в каком-то смысле. Хотя она была заведующей производственным отделом Института микробиологии, но по-мужски я понимал, что она, в общем, слабая женщина. Короче, дико переживаю. Подхожу к двери, они звонят. Мама смотрит в глазок, видит меня с милицией. Дверь открывается и. передо мной не моя мама. Стоит сильная женщина, пренебрежительно смотрит на этих представителей власти: “Что вы пришли сюда? Что хотите?” Я в жутком шоке — такой прыти от нее не ожидал. Они говорят: “Вы должны с нами проехать. Там жесточайшее преступление, замешан ваш сын”. Она: “Ждите внизу”. Причем мне ничего не говорит, как будто меня нет. Делает вид, что не понимает, как я за нее переживаю, наоборот, показывает, кто хозяйка ситуации. В общем, сижу в “воронке”, она выходит: ухоженная, хорошо одетая, безо всякой паники. Гордым шагом подходит машине, открывает дверь, говорит: “Я впереди буду сидеть”,— как бы им объявление делает такое. Приезжаем в отделение. Вы представляете бакинское отделение милиции тех лет? Такой. легкий зверинец, я бы сказал, мягко выражаясь. Мама заходит и сразу, чтобы ей не сказали “ждите”, говорит: “Где начальник?” Они тушуются, потому что, знаете, Восток, связи, непонятно, кто где у тебя есть, раз ты себя так немножко раскованно ведешь. Значит, сцена такая: сидит начальник, физиономия лоснится от шашлыков. И следаки — им интересно, что это за женщина. Меня сажают на стульчик, и начинается акция устрашения. Раньше же не было интернета — записывали подозреваемых на бумажку и по алфавиту вызывали. Понятно, что Агаларов первый. Начальник говорит маме: “Мы зафиксировали бордель, там произошло зверское убийство. Ваш сын был посетителем этого борделя. Видите, он в списке — номер один”. Мама на него посмотрела так высокомерно и говорит: “И что такого? Он молодой мальчик. Не к твоей же дочери ему ходить”. Из того как будто выпустили воздух — он понял, что с мамой вот эти трюки восточные не проходят. Говорит мне: “Выйди, выйди отсюда”. Еще минут десять они говорили, видимо, совершенно на других тональностях. Мама вышла, бросила мне: “Не волнуйся, сынок” и ушла. Я себя почувствовал совершенно окрыленным, понял, что все они для меня — пустое место. Сегодня я думаю, что вот эту способность к преображению я от мамы немножко взял. Из нормального интеллигентного человека могу превратиться в уличного хулигана — если попаду в какую-то ситуацию. Люди бывают в шоке: человек минуту назад говорил “будьте любезны”, и вдруг. А мне эта трансформация ничего не стоит.

Читайте также:
Валентина Владимировна Терешкова - отзывы, мнение, рейтинг

Официально

Арас Искендерович Агаларов

Фото: Василий Шапошников, Коммерсантъ / купить фото

Родился 8 ноября 1955 года в Баку, окончил Бакинский политехнический институт по специальности “инженер электронно-вычислительных машин”. С 1977 по 1983 год работал в научно-исследовательском институте в Баку. Перешел в городской комитет профсоюзов, а чуть позже стал слушателем Высшей школы профсоюзного движения ВЦСПС им. Н.М. Шверника в Москве, которую окончил в 1987 году. С 1988 по 1990 год был младшим научным сотрудником научного центра ВЦСПС, однако уже в это время начал увлеченно заниматься коммерцией: в 1989 году основывает свое первое советско-американское предприятие “Крокус Интернэшнл”, которое потом превратится в компанию “Crocus Group”. В 2009 году группа компаний Агаларова стала генеральным подрядчиком строительства нового кампуса ДВФУ на острове Русском в рамках подготовки к саммиту АТЭС-2012. В 2013 году Агаларову вручили орден Почета — “за достигнутые трудовые успехи, многолетнюю добросовестную работу и активную общественную деятельность”. Женат, сын — бизнесмен и певец Эмин Агаларов, дочь Шейла Агаларова. От брака Эмина с Лейлой Алиевой (дочь президента Азербайджана Ильхама Алиева) двое внуков: Али и Микаил.

Про детство

Я отца потерял в неполных 14. У него была такая интересная методика воспитания — никогда не делал замечаний, никогда. Нахмурится или улыбнется — и все ясно. Помню такой казус, даже не казус, а случай. Я дружил с хулиганьем уличным, причем старше себя. Меня принимали в компанию, потому что я был немножко не по годам всегда развит. С раннего возраста слонялся по улице, мог закурить сигарету — с 6 лет буквально. За себя мог постоять всегда. Так что они с удовольствием со мной общались. А отец был ученый, замдиректора Института водных проблем, его круг общения — академики, профессура, городская интеллигенция. В Баку было принято гулять по центральным улицам. И вот однажды я со своей шпанской компанией иду, навстречу — отец с друзьями. У меня в зубах папироса — это в 8-9 лет. Отец взглянул на долю секунды, но как! Я эту сигарету просто сожрать хотел! А папа отвел взгляд и прошел мимо. Прибегаю домой. Отец пришел как ни в чем не бывало. Полчаса, час — молчит. Я не выдержал, говорю: “Пап, ты меня не видел?” Он говорит: “Видел. Но ты шел с такими хулиганами — я испугался, что меня побьют”. Этой фразы было достаточно — я, по-моему, даже заплакал. И курить бросил. Но, если честно, позже опять начал.

Про учение

В школе я уроков не делал, у меня даже портфеля не было. Учителей раздражало, что я учусь без усилий. Это во мне, конечно, от отца. У него была такая способность, что он имел невероятные знания в любой области. Допустим, математик-академик с ним мог говорить на равных. Или, скажем, приходил к нам домой человек, который занимался реставрацией ковров, отец мог ему прочитать лекцию о том, как раньше это делалось. Знания, естественно, генетически не передаются, но вот способность разбираться в разных областях передалась: я очень легко впитываю. Допустим, проект “Крокус” — от расчета металлоконструкций до канализации мне самому во все пришлось вникать. Знаете, иногда приходят ко мне разные самоделкины, претендующие на какие-то ноу-хау. Говорит такой, к примеру: “Я придумал роторный двигатель внутреннего сгорания”. Произносит терминологию в надежде, что я суть не пойму, а просто дам денег. А я ему: “Не-не, здесь неправильно, у роторного двигателя три камеры сгорания”. И начинаю — про дизель, про всасывание, про степени сжатия. Человек сидит весь в испарине, думает: “Куда я попал?” У отца была хорошая память на цифры — это мне тоже передалось. Вот спросите площадь Земли — я отвечу, и расстояние до Солнца — тоже скажу.

Читайте также:
Сазанов Михаил Павлович - отзывы, мнение, рейтинг

Про дружбу

Я, знаете, как — не жду подвигов от друзей. Поэтому легкие разочарования бывают, но такого “ой, как это могло случиться?”, туда-сюда — такого нет. Может, нескромно звучит, но у меня нет богатых друзей, ни одного. И это никогда не мешало нам общаться. А мы друг друга знаем — страшно сказать — по 40-50 лет. Но случись со мной ночью что — никому не позвоню. Сам буду выкручиваться.

Про любовь

Я видел взаимоотношения в семье, видел, как мама относится к папе. Когда он болел, мама сидела рядом на стуле до утра, а утром шла на работу. Так что какая должна быть семья, я с детства знал. И с молодых лет у меня одна любовь — моя жена. Я попал с ней за парту в 5-м классе, получается, мы 48 лет знакомы. Что держит столько лет вместе, наверное, не смогу ответить. Ирина из среды с другими совсем устоями, для моей семьи наш брак слегка неожиданный. У нас очень азербайджанские были традиции, а Ирина русская. Мама, естественно, хотела, чтобы у меня жена была азербайджанка, но, когда родился сын, все неудовольствие было забыто. Конечно, идеальных браков, без шероховатостей, не бывает, но мне кажется, что я — легкий муж. Хотя это у Ирины надо спросить. Всем нам кажется, что мы легкие, себя же со стороны не видишь.

Про успех

Успех — это когда что-то строишь, и оно востребовано. Вот наш новый объект на экране, видите, да? Смотрите, какой поток машин! Это я придумал конструкцию, которая намного шире, чем все торговые сети. Мне говорили — так не бывает, нельзя продовольствие путать со стройматериалами или, там, с мебелью. Но я решил, что можно — и получилось. У меня обычно все получается. Знаете, даже стыдно признаться, но неудачных проектов у меня не было. Ни одного. Есть те, которые еще не вышли на самоокупаемость — просто из-за экономических кризисов, периодически возникающих у нас в стране. Но выйдут — сто процентов.

Про свободу

Свободных людей вообще не существует — мы все зависимы от чего-то. Вот, допустим, мы с вами разговариваем — я завишу от вашего ко мне отношения. Мне очень важно впечатление, которое я произвожу на людей.

А в целом слово “свобода” — относительное понятие. Самые великие демократии тоже несвободны. И просто взять слово “свобода” и соизмерять с тем, что происходит в России, думаю, не совсем корректно. Вот чего, допустим, нельзя сделать у нас в стране, в отличие от какой-то другой? Я совершенно искренне вас спрашиваю. Все можно! Если митинг, допустим, организовать по всем канонам и правилам — получите разрешение, пожалуйста. Ну или бизнес — я как бизнесмен всегда чувствовал себя свободным.

Про Бога

Верю в Создателя. Это же все не могло ниоткуда взяться, да? То, что мы произошли от обезьяны,— в это, конечно, не верю. Большой взрыв — тоже какая-то ерунда. И вот здесь “не верю”, там “не верю” — значит, веришь в Создателя. Тем более генетически доказано, что 200 тысяч лет назад человечество произошло от одного мужчины и одной женщины — это медицинский факт.

Еще моя вера выражается в том, что надо помогать людям, что нельзя делать подлости, что есть высшая справедливость. У человека это называется совестью, допустим, а во Вселенной это что-то другое.

Про страх

Больше всего боюсь оказаться трусом — это самый мой большой страх. Могу честно сказать, что ни разу в жизни не испугался. Никогда. Знаю, что, если струшу, не смогу жить. Просто должен буду умереть от стыда перед собой. От того, что в какой-то ситуации промолчал или мне сказали — я не ответил. Но никогда такого не было и, думаю, не будет. Даже если буду знать, что меня убьют, все равно не промолчу.

Про деньги

Бытовые вещи покупать мне лень, даже одежду я обычно не покупаю. Есть приятель, сотрудник наш, у него со мной одинаковый размер, и если мне что-то нужно, я ему говорю: “Померяй на себя, подойдет — привезешь мне”. Ну цвет если не понравится, я верну, он принесет другой. Но он знает, что я люблю — серые цвета и так далее. Так что эти покупки меня совсем не волнуют. Если говорить о том, что могу себе позволить — самолеты, яхты, машины,— наверное, все могу купить. Естественно, яхту в 500 метров не куплю, а 100-метровую, наверное, смогу. Но это неинтересно. Мне покупать неинтересно — мне создавать хочется, большое что-то. Вот, допустим, во Владивостоке я построил студенческий городок, миллион квадратных метров. Было дикое эмоциональное напряжение — “успеем — не успеем?”. Успели. И когда человек привыкает к такой нагрузке, ему ее потом не хватает. Видите мониторы — идет несколько строек наших: тут одна, вторая там, третья, четвертая. Но после того объема этого мало. Так что не в деньгах дело.

Про важное

Ни жизни, ни бизнесу меня никто не учил. У меня с детства характер такой: важно быть не то что первым или лучшим — важно не проиграть. Не проиграть! Если кто-то хорошо ездит на машине, я никогда не уступлю. Пусть даже это угрожает моей жизни — если я в машине один, конечно. Такой у меня дух соперничества и лидерства. Но, допустим, соперничать в деньгах мне неинтересно — интересно соперничать, что кто делает. Если я строительством занимаюсь — значит должен строить только красивые объекты, о которых говорят и в России, и во всем мире. Это меня заводит и подпитывает. Еще важно, чтобы вещи были связаны с моим именем. Где могу — свою фамилию, так сказать, фиксирую. Вешаю таблички. Считаю, должен быть закон — каждый, кто что-то строит, должен писать на этом фамилию, чтобы было стыдно, если дом плохой или некрасивый.

Про детей

Они превзошли все мои ожидания — не представлял, что у меня будут такие дети. Хотя, если честно, мало усилий приложил к их воспитанию. Вот дочка: невероятной скромности, просто невероятной — не носит драгоценности, не ездит на дорогих машинах. Она живет в Америке. Вернется ли в Россию? Не уверен. Знаете, это моя ошибка: Эмина я отправил за границу где-то в 12 лет, а ее — в 6. И она уже продукт, конечно, западной цивилизации. Вот Эмина удалось вернуть, он здесь, в России, руководит многими нашими проектами. А с Шейлой пока не получается. Но я пытаюсь. Мне это важно.

Читайте также:
Арас Агаларов: ЦКАД, остров Русский, стадионы и другие страницы биографии

Три слова о себе

Хитрый, гибкий — это не про меня. Смелый — да. И дерзкий тоже. Есть немножко самоуверенность, я думаю. Еще, знаете, боюсь сделать что-то такое, о чем буду жалеть. Поэтому вместо одного шага вперед делаю всегда два. Чтобы потом не сомневаться и себя не угнетать.

За и против

“Это была героическая работа со стороны тех, кто взялся за строительство (объектов на острове Русский.— “О” ), не моя, не членов правительства — это героическая работа была подрядных организаций. Арас Агаларов взялся за этот проект и практически ничего не заработал на нем, кроме как потерял свое здоровье, потому что он испытывал в процессе исполнения этого проекта одни неудобства. Ему хотели подсунуть какие-то местные компании, которые хотели продавать инертные материалы, в общем, было много чего”.

Игорь Шувалов, первый вице-премьер РФ

Источник: “Дождь”, июнь 2013 года

Против

“Вокруг нашей деревни сложилась крайне напряженная обстановка, ЗАО “Крокус интернэшнл” выкупило вокруг земли общей площадью более 300 га, где будет построен элитный коттеджный поселок стоимостью домов до 30 млн долларов. Представители компании заявляют, что деревня будет снесена, а на ее месте появится самое крупное в Европе поле для гольфа.

Людей просто “выдавливают” с родных мест, и никому нет никакого дела до четырехсотлетней истории деревни, до проживающих на ее территории пенсионеров, ветеранов, инвалидов, защитниц тыла”.

Из обращения жителей деревни Воронино Истринского района Московской области в СМИ, март 2008 года

Как устроен бизнес Агаларовых? они о онас

Отдел информации 5 августа 2015, 00:20

Основатель Crocus Group Арас Агаларов вложил в строительство концертного зала «Крокус Сити Холл» $70 млн. Строительство пока не окупилось, однако владелец уже думает о расширении. Российское издание РБК изучило, как устроен этот бизнес.

Зачем строить шикарный концертный зал там, куда и добраться-то непросто, на пересечении МКАД и Волоколамского шоссе? Зачем вообще Москве новый зал, если даже раскрученные площадки вроде «Олимпийского», «Лужников» и Большого Кремлевского дворца редко заполняются до конца? «Если все изучить, было понятно, что строить «Крокус Сити Холл» не надо», — рассказывает первый вице-президент Crocus Group Эмин Агаларов. Но за несколько лет новый зал стал самым популярным и престижным в столице.

Семейный бизнес

«Parties are my job [вечеринки — моя работа]», — говорил Эмин в сюжете канала NBC. Сейчас Эмин — первый вице-президент Crocus Group, помимо фэшн-ретейла, он управляет торговыми центрами Vegas (сейчас их два, открытие третьего запланировано на 2017 год), комплексом «Крокус Сити Молл», курортным проектом в Азербайджане, ресторанным и концертным бизнесом группы. Общий оборот всех проектов под своим управлением Агаларов-младший оценивает в $300 млн в год. На работу Эмин ездит на черной Ferrari Berlinetta — вместо «Лады-семерки», на которой, по собственному утверждению, передвигался в далеком 2001 году.

В приемной Эмина в «Крокус Сити» нас встречают девушки-секретари модельной внешности в мини. Происходящее на территории комплекса транслируется на несколько мониторов слева от рабочего места Эмина. Рядом панно, изображающее мужчину с револьвером.

Сегодня первый вице-президент обсуждает с подчиненными демонтаж дверей в магазинах «Крокус Сити Молл». Также в повестке — плановый ремонт кровли и туалетов, концертный график Эмина и pre-party премии «Муз-ТВ». Награды в этом году вручают в Астане, и Эмин должен вылететь туда вечером. Из-за плотного гастрольного графика он иногда не появляется в офисе неделями.

Оперативным управлением «Крокус Сити Холл» занимается наемный менеджер Роман Грачев. Эмин курирует его работу: «Вникаю во все вопросы». По словам представителя Эмина, босс «особенно трепетно» относится к дизайну и маркетингу, а также визирует расходы, участвует в переговорах с контрагентами и дает советы по подготовке зала к концерту.

«То, что я занимаюсь музыкой, дает мне определенный инсайд», — отмечает Агаларов-младший: он знает, чего ждет от концертного зала артист. Сразу после интервью Эмин идет в «Крокус Сити Холл», где обсуждает его перепланировку с работниками зала. В кризис задние места стали хуже продаваться: Эмин предлагает переоборудовать три последних ряда партера в шесть VIP-лож, потратив на это 20–30 млн руб. Чисто маркетинговый ход, объясняет он: VIP-гости получают спецобслуживание, отдельный бар и ощущение собственной исключительности.

Большим маркетинговым проектом является и сам концертный зал: по словам Эмина, его основное предназначение в том, чтобы генерировать поток покупателей для остальных объектов «Крокус Сити», который начинался в 2001 году с торгового центра «Твой дом» на территории подмосковного Красногорска.

Концерты вместо казино

Концертный зал был изначально заложен в концепции «Крокус Сити», рассказывает Арас Агаларов: «В Лас-Вегасе все комплексы — MGM Grand, Venetian, Caesar Palace — имеют в составе концертный зал». Выступления в Вегасе — престижный и денежный контракт для звезды любой величины.

Именно аналог Venetian (воссоздает часть Венеции) планировался на территории торгово-выставочного комплекса на северо-западе Москвы. Реализовать проект Агаларовы рассчитывали с Керри и Джеймсом Пакерами — австралийскими медиамагнатами и владельцами сети казино по всему миру. На подготовку проекта было потрачено $30 млн (50:50 с австралийцами), рассказывает Эмин: «Все было детально проработано: интерьеры, вода, как будут плавать лодки». Опыт австралийцев пригодился бы для строительства крупнейшего в России казино. Но проект не состоялся: в 2006 году Россия запретила игорный бизнес на всей территории страны, кроме нескольких удаленных от больших городов зон, и Пакеры потеряли интерес к московскому Лас-Вегасу. Пришлось менять концепцию на ходу.

Один из главных якорей Лас-Вегаса, кроме казино — выставочный бизнес, объясняет Эмин. Свой выставочный центр появился в «Крокус Сити» еще в 2004 году. Территория комплекса в каком-то смысле тоже автономна, проводит параллель с Вегасом Агаларов-младший: с одной стороны МКАД, с другой — Москва-река. А значит, посетители одного объекта «Крокус Сити» могут стать покупателями на других. Проект Venetian был перепрофилирован в торговый центр «Вегас-2», а в 2009 году на территории третьего корпуса «Крокус Экспо» открылся концертный зал «Крокус Сити Холл».

Подвинуть Кремль

«Он дальше всех, неизвестный, никто туда не поедет, и ничего там не произойдет», — вспоминает Эмин прогнозы скептиков. Заполнить зал, по его словам, можно было двумя путями: «Либо дать благоприятные условия для бизнеса, чтобы люди могли зарабатывать, либо сделать зал уникальным». Или обоими сразу.

«Первые полтора-два года они предлагали достаточно привлекательные условия», — вспоминает президент концертного агентства T.C.I. Эдуард Ратников: аренда нового зала могла обойтись в 500–600 тыс. руб. в день. Сейчас он сдается вдвое дороже — в среднем за 1,2 млн руб. в день. Это дешевле, чем снять «Олимпийский», но сопоставимо с арендой Большого Кремлевского дворца. При этом «Крокус Сити Холл» — самый большой концертный зал в Москве, говорит президент концертного агентства SAV Entertainment Владимир Зубицкий. Зал-трансформер позволяет вместить до 7,2 тыс. зрителей, а Кремлевский дворец — лишь 5,5 тыс., отмечает он: «Разница в полторы тысячи билетов — это очень много для нашего бизнеса».

Читайте также:
Ричард Брэнсон, история человека и бизнесмена

Метро — отдельная история. Открывшаяся в конце 2009 года на территории «Крокус Сити» станция «Мякинино» должна была располагаться в другом месте, но Агаларов заявил о готовности финансировать часть работ по ее строительству, и станцию передвинули. Работы обошлись Crocus Group в $30 млн, строительство «Крокус Сити Холл» — $70 млн, 35% из которых составили кредиты, остальное — собственные средства группы. Если бы это было отдельно стоящее здание, оно обошлось бы в два-три раза дороже, утверждает Арас Агаларов.

Окупились ли затраты на строительство зала? Если считать его отдельно, нет: по словам Эмина, годовая прибыль «Крокус Сити Холла» не превышает 10% вложенных в него средств, то есть, составляет около $7 млн. Выручка концертного зала, которая, по словам Агаларова-младшего, равна $35 млн, сопоставима с ведущими концертными залами. Сам по себе концертный зал убыточен, признает Арас Агаларов: «Максимум, что он может сделать, — компенсировать свои эксплуатационные расходы». Но, по его словам, это «хорошая добавка в общую копилку», и в зале проходят самые знаковые и престижные мероприятия в стране.

Экономика привоза

Первым мероприятием в «Крокус Сити Холл» стал вечер памяти Муслима Магомаева: Арас Агаларов был его близким другом и открыл зал в его честь. С тех пор в «Крокус Сити Холл» выступили Элтон Джон, Дженнифер Лопес, Стинг, Шадэ, Jamiroquai, Лана Дель Рей и даже Cirque du Soleil.

Агаларовы предпочитают не заниматься привозом артистов — из 275 мероприятий в год они самостоятельно организуют лишь около 20: в прошлом году, кроме двух сольников Эмина, это были концерты Ванессы Мэй, «Би-2», Пелагеи и Леонида Агутина. «Выбираем артистов, которых либо никто не хочет везти, либо у нас с ними с самого начала сложились отношения, как с группой «Би-2», — поясняет Эмин.

«Только сдавая зал в аренду, мы можем собрать $6 млн в год при загрузке в 75%», — говорит он. Аренда зала приносит около 1,2 млн руб. за день, но чтобы заработать ту же сумму, нужно продать всего лишь 300 билетов при средней цене одного в 4 тыс. руб. «При полном солд-ауте можно заработать в среднем 25 млн руб.», — стучит по кнопкам калькулятора Эмин.

Не все из этих денег проходят мимо Crocus Group — арендатору придется отдать Агаларовым 10% выручки от билетов, проданных через кассы и сайт «Крокус Сити Холл». Если на первом этапе так продавалось лишь около 20% билетов, то сейчас компания продает до 60% билетов на все мероприятия в своем концертном зале.

В кризис игроки концертного рынка оказались между двух огней: с одной стороны, покупают меньше билетов, с другой — из-за роста курса валют иностранные артисты подорожали, констатирует гендиректор агентства InterMedia Евгений Сафронов. Из-кризиса Crocus Group потеряла в общей сложности 20–25% выручки, признает Эмин Агаларов. Концертный бизнес — не исключение. «Если раньше у нас были аншлаги, то сейчас средняя заполняемость — 80%», — говорит он. Но уже сейчас ведутся переговоры с Lady Gaga, Тони Беннетом и Майклом Бубле: Эмин рассчитывает, что «Крокус Сити Холл» станет пунктом в их мировых турне, что снизит стоимость привоза артистов примерно вдвое. Возникнут и валютные риски, но Агаларовы могут их себе позволить, считает Сафронов: их подстрахуют поступления от сдачи зала в аренду.

Более того, Агаларовы намерены построить второй концертный зал — Vegas City Hall на 1,5 тыс. мест в торговом центре «Вегас-2» (также расположен в «Крокус Сити»). На проект будет потрачено около $35 млн. «Финансирует [строительство] «Вегас-2», но головная компания подстрахует в случае чего», — не слишком переживает Агаларов-младший. Открытие намечено на начало 2016 года. Стройка уже идет.

По замыслу Эмина, это будет и концертная площадка, и цирковая арена. Детское цирковое шоу может идти с интервалами по два часа три раза в день, объясняет он: «То есть, продаваться может 4 тыс. билетов в день, что сопоставимо с «Крокус Сити Холл».

В Москве идет строительство «ВТБ-Арены» в Петровском парке на 15 тыс. мест, на площадке «Открытие Арена» готовится концертный зал на 12 тыс. мест, открылись «Все звезды» на Автозаводской на 15 тыс. мест, перечисляет Ратников: «Крокус» будет поджат».

«Построим, посмотрим, — отмахивается Эмин. — Мы придумаем, как заполнить площадку вне зависимости от того, что происходит на рынке».

Вот такую напряженную, полную работы жизнь Араса и Эмина Агаларовых, обрисовало российское агентство РБК. И богатым надо работать.

Агаларовы идут на рынок

Автор: Владислав Опарышев , 27 Июля 2021 11:50

Агаларовы заходят во всё большее количество проектов, в том числе с государственным финансированием, несмотря на свои же заявления о долгах и тяжелом финансовом положении.

Как передаёт корреспондент The Moscow Post, Estate Mall Эмина Агаларова получил нового крупного арендатора для своих гастрономических площадей на Новорижском шоссе. Им станет Даниловский рынок, который занят расширением собственного бренда. Он займет здание площадью около 3 тыс. кв. метров. Сумма сделки при этом не раскрывается.

Estate Mall – собственный ритейл-проект Эмина Агаларова, сына миллиардера Араза Агаларова. Эмин является правой рукой отца и занимает пост первого вице-президента в Crocus Group (“Крокус Групп”), основы семейной бизнес-империи Агаларовых.

“Крокус Групп” управляет коммерческой недвижимостью площадью более 1,5 млн кв. м., а также занимается девелопментом. В портфеле группы – торговые и выставочные центры, океанариум, рестораны, фитнес-клубы. В ее состав входят также подрядные компании, которые в том числе строили ЦКАД и другие крупные объекты с государственным финансированием. Агаларовым приписывают наличие связей среди крупных политиков и чиновников страны.

Акционерами АО “Даниловский рынок” также являются люди, недалекие от государственной службы. Один из них – бывший экс-заместитель главы Минэкономики и экс-заместитель руководителя аппарата Правительства. Еще один совладелец – Инвестиционная компания Ладога, чьим владельцем является управляющий директор по инфраструктурным проектам “Ростеха”, бывший заместитель главы МВД РФ Виктор Кирьянов.

Судя по всему, договориться с Агаларовыми об аренде площадей им было несложно. Сами же Агаларовы могли быть только рады возможности поработать с такими влиятельными людьми.

Читайте также:
Есин Александр Борисович - отзывы, мнение, рейтинг

Пир во время убытков

Сейчас “Крокус Групп” испытывает серьёзные финансовые сложности. Агаларовы винят в убытках экономический кризис и антикоронавирусные ограничения, введенные по решению Правительства. В апреле 2020 года Араз Агаларов в интервью РБК сравнивал свой бизнес с тонущим кораблём, а потери Crocus Group из-за мер против распространения COVID-19 оценил в 4 млрд рублей.

Сейчас убытки группы должны быть кратно выше. Ситуация дошла до того, что Агаларовы взяли личные потребительские кредиты в качестве физических лиц, чтобы рассчитаться по своим старым долговым обязательствам со “Сбербанком”. Эмин Агаларов занял 100 млн рублей, а также был вынужден продать три дорогих коллекционных автомобиля, о чем сообщал РБК. Какую сумму потребкредита взял его отец, Эмин не уточнил.

При этом состояние Эмина Агаларова не так давно оценивалось всего в $3 млн рублей – сумма, которую многие считают номинальной, учитывая деньги на счетах его отца. В 2020 году Агаларов-старший занял 55-е место в рейтинге Forbes “200 богатейших бизнесменов России” с состоянием в $1,7 млрд.

Трудно поверить, что за год Араз Агаларов обеднел настолько, что был вынужден брать кредит на спасение бизнеса. Тем более, в прошлом коронавирусном сентябре группа объявила, что проведет реконцепцию своего ТРК “Вегас” на Каширском шоссе, а затем и еще двух торговых центров. Стоимость реконцепции одного может составить $10-20 млн.

Не так давно в “Вегасе” произошел скандал, связанный с семьей Агаларовых. Как утверждают авторы сайта “Обалдела”, якобы сестра Эмина Агаларова, Сабина, будучи совладелицей части площадей в ТРК, самовольно забрала у своих арендаторов дорогие дизайнерские платья на сумму в 38 млн рублей. Причиной будто бы стали долги арендаторов в размере 2 млн рублей.

Эмин и Араз Агаларовы

На фоне всех этих событий, заявления Араза Агаларова, сравнивающего “Крокус Групп” с тонущим кораблем, воспринимаются со скепсисом. Причина – массивные государственные контракты группы, которые вряд ли позволят кораблю Агаларовых пойти ко дну даже при самом плохом раскладе.

Большие стройки “Крокуса”

Тем более, пандемия принесла Агаларову далеко не только убытки. Практически сразу же он получил два крупных госконтракта общей стоимостью в 1 млрд. рублей на размещение коронавирусных больных в стенах своего “Крокус Холл”. Сначала бизнесмен оценивал чистую прибыль в 150 млн рублей, но потом заявил, что работает “в ноль”, а его бизнес все также нуждается в поддержке.

Показательна история того же 2020 года, когда “Крокус Групп” Агаларова зашел достраивать Республиканскую клиническую больницу в Крыму – объект, с которым не справилась АФК “Система” Владимира Евтушенкова.

Стартовав в 2017 году, в 2020 году больница была почти закончена, оставалась внутренняя отделка. К тому времени в строительство вложили 10 млрд. рублей, но Агаларов всё равно попросил дополнительные 2 млрд. сверх сметы на уже практически готовый объект.

Зато от другого крупного объекта в Крыму – медицинского кластера в Севастополе, Агаларов внезапно отказался. Как утверждали злые языки, якобы Агаларов не сошелся в сумме возможного отката людям тогдашнего губернатора города Дмитрия Овсянникова, но подтверждения этим слухам нет.

Работал Крокус и на спортивных объектах – и тоже по госконтрактам. Структура занималась строительством стадиона в Ростове-на-Дону к Чемпионату мира по футболу 2018 года. Тогда недоброжелатели предполагали, что стадион может рухнуть прямо во время игр, намекая на то, что половину стройки могли банально разворовать.

В итоге было возбуждено уголовное дело, но не на генподрядчика “Крокус Интернейшнл”, а на чиновников и представителя компании-субподрядчика. Был арестован экс-глава минстроя Ростовской области Николай Безуглов, под следствием оказались учредитель АО “Донтрансгидромеханизация” Валентин Леванов и гендиректор компании Андрей Андросов. Об этом писали “Известия”.

Проверки проводились и в отношении замгубернатора области Сергея Сидаша, курировавшего строительную сферу. По версии следствия, субподрядчик в сговоре с чиновниками и другими лицами использовал при благоустройстве стадиона более дешевый песок, чем было предусмотрено в проекте.

“Ростов Арена” едва ли не стала таким же памятником коррупции, как “Зенит Арена” в Петербурге

Позже выяснилось, что на строительство стадиона было не доставлено бетона на сотни миллионов рублей. Из-за этого забили значительно меньше свай, чем предусматривал проект, что привело к появлению скважин, которые разуплотняли грунт. Ростехнадзором к “Крокус Интернешнл” было подано около 30 исков, об этом писало PASMI (признано иностранным агентом на территории РФ).

Вопросы к “Крокусу” были даже у областных властей. Комиссия региона подавала иск к “Крокус Интернешнл” из-за плохого состояния территории вокруг стадиона (в этом компанию ранее обвинил губернатор Василий Голубев), но суд эти претензии отклонил.

Самый же крупный скандал с бюджетными деньгами связан со строительством дочерней структурой “Крокуса” первого участка ЦКАД (48 км. 12 мостов). Причем изначально при борьбе за контракт Агаларов проиграл конкурс. Но спустя год победитель ООО “Стройгазконсалтинг” по непонятным причинам передал контракт “Крокусу”. Ходили слухи, что этого мог добиваться тогдашний глава Минтранса Евгений Дитрих.

Сдать дорогу должны были в 2018 году, но этого не случилось. Не произошло этого и в 2019 году. Более того, возникли новые проблемы. Против бывшего главы “Автодора” Сергея Кельбаха возбудили уголовное дело. Правоохранители посчитали, что тот выдал структурам Агаларова лишний аванс в 2 млрд рублей. Причем строительство к этому моменту даже не началось, а предыдущие транши оказались нетронуты.

Позже госкорпорация “Автодор” подала к “Крокусу” иск на 5,4 млрд. рублей. Суть претензий не раскрывалась, но, как писал РБК, они были связаны именно со строительством ЦКАД. К выводам о том, что “Крокус” и “Автодор” не выполнили своих обязательств, пришли и аудиторы Счётной палаты, проанализировав деятельность госкомпании и частных инвесторов на ЦКАД в 2016-2017 годах. Об этом писал “Коммерсант”.

Совсем недавно “Крокус” получил, наверное, один из крупнейших подрядов в своей жизни. За 28 млрд рублей “Крокус” построит первый этап аэропортового комплекса на космодроме “Восточный”.

Стремление зайти в новую стройку можно понять. Сейчас “Крокус” находится действительно в тяжелом положении. По итогам 2020 года одна из ключевых структур группы, девелоперская “Крокус Интернешнл”, получила убыток в размере 13 млрд. рублей.

При этом вместе с госконтрактом на стройку аэродрома Восточного сумма бюджетных средств, полученных Крокусом, достигает почти 45 млрд рублей. Куда уходят эти деньги, непонятно. И не получится ли с “Восточным” также, как получилось с “Ростов Ареной” и ЦКАД?

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Добавить комментарий

;-) :| :x :twisted: :smile: :shock: :sad: :roll: :razz: :oops: :o :mrgreen: :lol: :idea: :grin: :evil: :cry: :cool: :arrow: :???: :?: :!: